среда, 12 июля 2017 г.

12 июля 1942. 75 лет подвигу "Комбата"

Этот человек погиб через несколько секунд после того, как был сделан снимок.
Эта фотография поистине стала хрестоматийной, так как ее печатают практически во всех изданиях, где освещаются вопросы истории Великой Отечественной мины. По частоте публикаций она сравнима с фоторепродукциями памятников "Родина-мать" в Сталинграде или "Воин-освободитель в Трептов парке в Берлине. Впервые снимок был опубликован в июле 1942 года практически во всех газетах в СССР и даже в ряде изданий за рубежом под названием "Комбат". Лондонская «Санди таймс» на первой странице тогда писала: «Комбат поднимает бойцов в атаку. Этим снимком запечатлен героический подвиг всего народа…» «Комбат» стал откровением для всей мировой общественности.

«Комбат» — знаменитая фотография времён Великой Отечественной войны, сделанная советским фотографом Максом Владимировичем Альпертом. На фотографии изображён командир, поднимающий солдат в атаку, за несколько секунд до гибели. «Комбат» — одно из самых ярких и выразительных фото времен Великой Отечественной войны. Длительное время, несмотря на то, что снимок был знаменит и популярен, были известны только история его создания и название, данное ему фотографом. Личность изображённого на ней человека оставалась неизвестной.

Это фото носит название «Комбат» (то есть «командир батальона»), несмотря на то, что автор дал это название по ошибке. Это фото не является постановочным и не является кадром из фильма. Это произошло 12 июля 1942 года возле села Хорошее между реками Лугань и Лозовая (сейчас село Хорошее Славяносербского района Луганской области), на участке военных действий, в которых принимал участие 220-й стрелковый полк 4-й стрелковой дивизии, где в те дни Красная Армия вела упорные кровопролитные оборонительные бои с превосходящими силами противника.

Фотограф занял позицию в окопчике чуть впереди линии обороны. В этот момент началась атака немцев, прошёл авианалёт и начался артобстрел. Альперт увидел поднявшегося командира и сразу его сфотографировал. В тот же самый момент осколок разбил объектив фотоаппарата. Корреспондент посчитал, что плёнка погибла и кадр утрачен безвозвратно, и не стал записывать имя человека, которого сфотографировал. Возясь с разбитым аппаратом в своем окопчике, он некоторое время не следил за обстановкой, но услышал, как по цепи передали: «Комбата убили». Имя и должность командира остались автору неизвестны, но услышанное дало впоследствии повод назвать снимок именно так. Уже позже, проявляя пленку, он увидел, что кадр получился превосходным.

Личность человека на фото через некоторое время определили - его звали Алексей Гордеевич Еременко.

И вот что тут обращает на себя особое внимание. Алексей Гордеевич пал смертью храбрых за две недели до того, как вышел приказ № 227 Верховного Главнокомандующего («Ни шагу назад!»). То есть в самый тревожный период Великой войны, когда перелом в ней далеко ещё не наступил, когда наши войска с тяжелейшими боями и потерями отходили всё дальше на восток, когда иные маловеры уже поставили крест на судьбе своей Родины. А потомственный хлебороб, уроженец села Тырсянка Вольнянского района Запорожской области, до войны – председатель передового запорожского колхоза Алексей Ерёменко, отец четырёх мал-мала-меньше детей, ничего в тот момент не ведавший об участи своей семьи (живы ли, успели ли в эвакуацию?), всегда свято верил и знал, что враг будет разбит и победа будет за нами. Недаром он рвался на фронт с первого дня войны, хотя имел бронь от призыва, которая была ему предоставлена как хозяйственному руководителю для решения важных народнохозяйственных задач. И добился-таки своего: 14 июля его мобилизовали. Затем были краткосрочные курсы подготовки политработников в Запорожье и распределение политруком в стрелковую роту...

Колоризованная версия
Попытка установить личность

Автор получил множество писем от самых разных людей, узнавших в командире своего родственника. Как минимум, один ветеран войны считал себя изображенным на этой фотографии.

В начале 1970-х годов журналистами «Комсомольской правды» и членами луганской областной молодежной организации «Молодогвардієць» была предпринята попытка установления личности запечатленного на знаменитом снимке человека. Им, как утверждается, оказался уроженец села Терсянка Вольнянского района Запорожской области Алексей Гордеевич Ерёменко, младший политрук одной из рот 220-го стрелкового полка 4-й стрелковой дивизии.

Вот что рассказывал о тех событиях бывший боец санвзвода 220-го полка, впоследствии майор-политработник Александр Матвеевич Макаров: "Фашисты исступленно бросались в атаку за атакой. Убитых и раненых было много. Наш сильно поредевший полк отбивал уже десятую или одиннадцатую атаку. Гитлеровцы лезли напролом к Ворошиловграду, до которого оставалось около тридцати километров. К концу дня был ранен командир роты старший лейтенант Петренко. После ожесточенной бомбёжки, при поддержке танков и артиллерии, фашисты пошли в очередную атаку. И тогда, поднявшись во весь рост, со словами: «За мной! За Родину! Вперед!», Ерёменко увлек за собой роту навстречу цепям гитлеровцев. Политрук погиб, но атака была отбита." ("Наука и жизнь", 11.1987, «Комбат»)

Недалеко от села Хорошее. 1941. Пошло в атаку 300, осталось – 70
Бывший командир 4-й ордена Суворова Бежицкой СД Герой Советского Союза генерал-лейтенант Иван Павлович Рослый в книге своих мемуаров так отзывается о бывшем подчинённом: «Мы обороняли Ворошиловград, прикрывая отход 12-й армии на новый рубеж. На некоторых участках гитлеровцы вклинились в расположение нашей дивизии, но решительными контратаками были отброшены назад. Водил тогда свою роту в победную контратаку и политрук А.Г.Ерёменко. Тот бой стал для него последним. Но память о погибших в боях за Родину бессмертна…» («Последний привал – в Берлине». М., Военное издательство, 1983, с.204).

Ветеран 285-й дивизии, подполковник запаса Василий Севастьянович Березубчак излагает эти события следующим образом: "Восемь месяцев наша дивизия стояла в обороне, прикрывая Ворошиловградское направление. Затем по приказу генерала Гречко передвинулась на новый рубеж, заняв оборону у села Хорошее. Здесь и разгорелся горячий бой, во время которого погиб политрук Еременко. Мне трудно поверить, что фотография сделана в другом месте, во время другого боя. Потому что убит был Еременко во время контратаки. Впрочем, в том бою корреспондента поблизости не было… А было это утром 12 июля. На нас обрушился шквальный артогонь. Первую атаку мы отбили. Но во время второй дрогнул правый фланг дивизии. Бойцы начали отходить. Мы были оглохшие, ослепшие, у многих текла из ушей кровь — полопали барабанные перепонки! Я получил приказ комдива восстановить положение, остановить солдат, ибо ситуация создалась критическая. Бегом бросился навстречу отступающим. И тут увидел Еременко. Он тоже бежал наперерез бойцам. «Стой! Стой!» — кричал он. Мы залегли. Собрали вокруг себя людей. Немного нас было, горстка. Но Еременко решил контратаковать, чтобы восстановить положение. Такое не забывается. Он поднялся во весь рост, закричал, бросился в атаку. Мы ворвались в траншеи, завязалась рукопашная. Дрались прикладами, штыками. Фашисты дрогнули, побежали. Вскоре в одной из траншей я увидел Ерёменко. Он медленно падал. Я побежал к нему и понял, что в помощи младший политрук уже не нуждается…"

С другой стороны, по данным ЦАМО, политрук А. Г. Ерёменко числится пропавшим без вести в январе 1942 года, то есть, по документам, он погиб в самом начале года и при не вполне выясненных обстоятельствах. Однако утверждается, что вдова спустя 32 года, то есть примерно в то же время, когда проводился упомянутый поиск «Комсомольской правды», получила новое извещение с поправкой о геройской гибели мужа 12 июля.

В мае 1974 года в один из корпунктов пришло письмо из Запорожья от председателя райисполкома Ивана Алексеевича Еременко. Он писал: «В годовщину победы над фашистской Германией вся наша семья собралась за столом. Так уж повелось: в этот день мы обязательно собираемся, чтобы почтить память не вернувшихся с войны. Вдруг — звонок. Почтальон принес почту и газеты. Моя мать по привычке начала проглядывать пачку газет в поисках писем. И вдруг как закричит: «Ваня! Отец! Наш отец!» У меня екнуло сердце, перехватило дыхание. Смотрю на снимок в газете — и глазам не верю: батя, батя нашелся!»

Вверху Макс Альперт
Позже Макс Альперт сообщил Ивану Еременко, что на опубликованной им фотографии десятки людей "узнали", как им казалось, своих родственников. Он попросил Ивана Алексеевича привезти в Москву как можно больше снимков отца, чтобы по ним специалисты смогли установить идентичность его с человеком, изображенным в последние мгновения жизни на фронтовом фотоснимке.

Через некоторое время из села Терстянка Вольнянского района Запорожской области пришло еще одно письмо: «Извините нас, дорогие товарищи, но мы не знаем, как разыскать фронтового корреспондента М. Альперта. Дело в том, что в его комбате мы узнали своего отца и мужа А. Г. Еременко. Помогите, пожалуйста».

Алексей пошел воевать добровольцем. Фото 1932 г.
К нему было несколько довоенных фотографий Алексея Гордеевича Еременко. И это письмо встретили с большой долей скептицизма, который усиливало приложенное к нему извещение, полученное женой Алексея Гордеевича Еременко Евдокией в 1942 году: «Сообщаем, что ваш муж — младший политрук Алексей Гордеевич Еременко, 1906 года рождения, 14 января 1942 года пропал без вести».

И все же за тщательную проверку этой версии заставило взяться большое сходство черт лица А. Г. Еременко и офицера, снятого в профиль Альпертом. Экспертиза подтвердила идентичность личности человека, зафиксированного на всех фотографиях.

О судьбе отца Иван Еременко узнал, когда увидел фотоснимок.
Фото: Максим КРЮК
Из воспоминаний сына:

"- Кто проводил экспертизу?

- Очень кропотливые исследования проводили институт дешифровки КГБ СССР, всесоюзный научно-исследовательский институт судебно-медицинской экспертизы Минюста СССР. Очень нам помог военный писатель Сергей Сергеевич Смирнов. Министерство обороны помогало. Проводили и судебно-портретную экспертизу.

- Что, так сложно было определить ваш это отец или нет?

- Представьте себе, да! На родство с комбатом было столько претендентов, что ошибиться было нельзя. Московским экспертам понадобилось много времени, чтобы со стопроцентной уверенностью сказать: да, это политрук Еременко, он воевал в составе 220-го полка 4-й стрелковой дивизии.
"

На его судьбу проливает свет и бывший секретарь Вольнянского райкома комсомола Константин Степанович Гарманин: «Я хорошо знал Алексея Гордеевича Еременко. Он работал в нашем районе председателем колхоза имени Красина. В конце июня мы оба были направлены в Запорожье, в школу политсостава. Затем школу перевели в Павлоград. Там нас и застал прорыв фашистов в районе Днепропетровска. Весь состав школы отбивал атаки. Но силы были слишком неравны. Мы попали в окружение. Я был старшим в группе. Решил пробиваться. Меня поддержал Еременко. Ночь была темная, шел дождь. Мы шли глухим лесом. Когда позже я проверил людей, то оказалось, что с нами нет курсанта Еременко. Когда вышли из окружения, я оформил на него донесение как на пропавшего без вести. Сходство фамилий и инициалов, видимо, ввело штабистов в заблуждение. Так произошло ошибка. Вместе с Алексеем Еременко мы служили в феврале 1942 года. Нам присвоили звания младших политруков и направили в 285-ю дивизию. Утром 27 февраля я был тяжело ранен и отправлен в госпиталь. С тех пор с Еременко не встречался».

После этого стало понятно, что Алексей Еременко не был армейским командиром, а лишь политруком, да и то младшим.

Лишь через 32 года военком исправил свою ошибку, прислав Евдокии Еременко новое извещение: «Извещаем вас с прискорбием о том, что Ваш муж младший политрук Еременко Алексей Гордеевич в бою за нашу Советскую Родину верный военной присяге, проявив героизм и мужество, погиб на фронте 12 июля 1942 года».


Другие версии, связанные с происхождением фотографии и изображённым на ней лицом

Упоминается, правда, бездоказательно, версия, что снимок был сделан на учениях ещё до начала войны. Снимок действительно даёт некоторые основания для таких сомнений, так как бойцы на нём экипированы по-походному, хорошо видны вещевые мешки и шинель в скатке, надетая через плечо. Это не стыкуется с рассказами Альперта, Макарова и Березубчака о контратаке занявшего оборону подразделения под огнём фашистов после авианалёта и артобстрела.


Военный историк, подполковник Юрий Григорьевич Веремеев, выдвинул версию о том, что на фотографии изображен младший лейтенант погранвойск НКВД или стрелковой дивизии НКВД (с некоторой долей вероятности мл.лейтенант пехоты), но никак не политрук.

"Мы видим одну петлицу, а в ней в середине один квадратик ("кубик" или "кубарь", как их обычно называли в обиходе) и выше у края петлицы эмблему в виде двух скрещенных винтовок на фоне мишени. Спутать с другой ее невозможно. Никаких близко похожих на нее эмблем не существовало.

Эту эмблему носили только военнослужащие пограничных войск НКВД и стрелковых дивизий НКВД (кроме военно-политического состава). Во всяком случае, ни в приказе НКО СССР№ 33 от 10 марта 1936г., которым были введены "петличные знаки-эмблемы" (так тогда они именовались), ни в Уставе внутренней службы РККА (УВС-37), введенном в действие в 1937 году я этой эмблемы не обнаружил. И этот приказ НКО действовал до января 1943 года, когда приказом НКО СССР № 25 от 15 января 1943г. эмблемы в армии были изменены.

Но дело не в этом, а в том, что до января 1943 года порядок ношения эмблем был несколько иной, чем тот, к которому мы привыкли. Эмблемы по родам войск носил только командный состав и красноармейцы. Начальствующий состав, носил эмблемы по роду своей службы независимо от рода войск, в котором служит (военно-технический - скрещенные молоток и ключ, военно-хозяйственный и административный состав - свою характерную эмблему, военно-медицинский и военно-ветеринарный состав змею, обвивающую чашу, военно-юридический состав - щит на фоне скрещенных мечей).

Для военно-политического состава (комиссары и политруки) эмблемы не существовало! И политработники никаких эмблем в петлицах не носили и носить не могли. Ни в одном роде войск РККА, ни в каких частях НКВД!

Следовательно, на фотографии изображен не политрук, а офицер погранвойск или стелковой дивизии НКВД. Оговорюсь, что по некоторым вторичным источникам косвенно явствует, что эту эмблему вроде бы перед войной присвоили и пехоте РККА, но документального подтверждения этому я не нашел даже в архивах. Да и не в самой эмблеме загвоздка, а в том, что политрук никакой эмблемы иметь в петлице не мог! НЕ МОГ ! А на снимке она присутствует.

Пошли дальше. Как я уже сказал выше, в петлице ясно различается один кубик. Между тем, когда в сентябре 1935 года Постановлением ЦИК и СНК СССР в Красной Армии были введены персональные звания, то самым младшим званием военно-политического состава было звание "политрук". Приказом НКО СССР №176 от 3.12.1935г. для этого звания знаками различия было определено 3(!) кубика.

20 августа 1937 года приказом НКО СССР №166 вводятся три новые звания - младший лейтенант, младший воентехник и младший политрук.
"

Форма старшего политрука пехоты РККА образца 1941 г.
Мнение о том, что политработники не должны были носить эмблемы рода войск, несостоятельно: «Командный и политический состав на петлицах носят эмблемы своего рода войск.» — из приказа НКО № 226 от 26 июля 1940 года. Кроме того, достаточно повысить контрастность фотографии при хорошем её качестве, чтобы стал виден второй «кубик», который оказался в тени и из-за этого незаметен на менее качественных экземплярах фото. Эмблема оказывается скрещенными винтовками на мишени, то есть эмблемой пехоты, вновь введенной с 1 января 1941 года, после отсутствия таковой в период 1935-1940 годов.

Павел Фёдорович Петров
По другой версии личности Комбата есть также упоминание о старшем лейтенанте Павле Фёдоровиче Петрове, учителе истории из Кировской области. На снимке, ставшем одним из символов Великой Отечественной войны, запечатлён старший лейтенант Павел Петров, который много лет прожил в Слободском. Герой фотографии так бы, кажется, и остался «в тени», если бы не письмо, которое пришло недавно с Украины в одну из слободских школ.

В послании ветеран войны из Мариуполя Александр Иванович Кульченко спрашивал, в курсе ли жители Кировской области, что человек, изображенный на легендарном фото военных лет, их земляк. Не знал ничего о герое и фотокорреспондент Макс Альперт, поэтому подписал фото одним словом — «Комбат». В военные и послевоенные годы считалось, что попавший в кадр политрук был убит уже в следующий момент. Тем временем преподаватель слободской средней школы №5 Виктор Елькин уверен, что «Комбатом» был именно наш земляк Павел Петров. В процессе переписки и обмена документами, по словам исследователя, эта информация подтвердилась.

Выяснилось, уроженец деревни Мелеть Малмыжского района, Павел Фёдорович окончил лесной техникум, затем, отслужив три года, учился на историко-филологическом факультете Кировского пединститута. Поскольку учителей не хватало, после 2-го курса молодого историка направили в Слободской, в школу №6. Там он два года преподавал историю русского государства. Пока не началась война...

После обучения на спецкурсах Петров в звании старшего лейтенанта попал в Сталинград. Здесь шли бои за высоту 92-05, с которой просматривался и простреливался весь город. Все подступы к ней фашисты пресекали шквалом огня, склоны были усеяны телами погибших красноармейцев. Командование фронта поставило боевую задачу — овладеть неприступной высотой. 26 октября 1942 года [вот только снимок был опубликован в июле] вместе с бойцами на штурм пошёл и старший лейтенант Павел Петров.

– Ситуация становилась критической, – вспоминал спустя много лет на встрече с журналистами Павел Фёдорович. – Оставшиеся в живых бойцы обратились ко мне: «Товарищ политрук! Если вы поднимитесь в атаку, мы пойдём за вами!». Вот тогда я поднялся с пистолетом в руке и повёл за собой батальон. Мельком увидел бегущего военного с фотоаппаратом, но тогда подумал, что это наш ротный фотограф. Когда до вражеских дотов осталось 70-100 метров, атака опять захлебнулась — немцы начали бить прямой наводкой из противотанковых орудий. Тогда я во второй раз поднялся, держа пистолет в руке, и скомандовал: «За мной!» Видимо, в этот момент корреспондент Альпет и нажал на спусковую кнопку «Лейки». Бежали мы прямо на дот, и метрах в 20-25 от огневых точек фашистов меня ранило в ногу. Ползу и кричу: «Окружай высоту!». Но солдаты уже и без моей команды окончательно выбили немцев с высоты 92-05.

Потом, уже за Волгой, политрука отыскал старший офицер штаба и сообщил, что командование 93-й бригады представляет старшего лейтенанта Петрова к высокой правительственной награде — ордену Боевого Красного Знамени. Но наградной лист так и не ушел в Москву. Непосредственный начальник Петрова — начальник особого отдела бригады — не стал подписывать ходатайство: «Я его в бой не посылал».

После госпиталя Петрову предложили остаться служить в воинских частях Свердловской области, но он рвался обратно — на фронт. В составе 57-й армии он с боями прошёл через Бессарабию, Румынию и Венгрию. В одном из боестолкновений Павел Фёдорович был ранен из пулемёта в обе ноги. Дальше — долгое лечение, восстановление в санатории города Евпатория. Здесь старший лейтенант Петров познакомился с медсестрой Верой Михайловной Гончаровой, которая стала его спутницей на долгие годы совместной жизни...

После войны наш земляк вернулся в Слободской, продолжил обучение в пединституте, совмещая её с работой в школе, но фронтовые раны дали о себе знать... Сначала он лечился в Казани, затем, по совету врачей, сменил климат и в 1969 году переехал в украинский город Мариуполь. Сюда вскоре перевёз и всю семью. 2 марта 2005 года на 92-м году жизни перестало биться сердце легендарного воина Сталинградской битвы Павла Федоровича Петрова — «Комбата».

Дальнейшее использование образа


Возле трассы Луганск—Артемовск (так называемая Бахмутская дорога или Бахмутка) перед поворотом на Славяносербск накануне празднования 35-й годовщины Великой Победы был установлен памятник комбату (политруку), который повторяет сюжет, изображенный на фотографии. Хотя сам бой происходил южнее — в низине около села Хорошее. На гранитном постаменте были начертаны слова: "В честь героического подвига политработников Советской Армии в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Подвиг А. Г. Еременко".

"— На месте гибели отца вы, конечно, тоже бывали?

— Много раз. Там очень многое сделано. В канун 35-летия Великой Победы недалеко от Луганска, близ села Хорошее, воздвигли памятник — отец во весь рост, как на фотографии, — с пистолетом в руке, поднимающий бойцов в атаку.

— Ну там не просто памятник, а громадный монумент из бронзы!

— В семь с половиной миллионов рублей обошлось это сооружение. Было создано специальное строительное управление из 400 человек. Место выбрали удачно, на возвышенности, насыпали 25-метровый курган. Установили сто 20-метровых свай, чтобы держали монолит.

— Скульптор этого памятника очень талантливый...

— Да, это был скульптор из Луганска Иван Алексеевич Чумак, он лепил статую комбата. Он мне рассказывал, что прошел массу согласований. То в ЦК Компартии Украины считали, что из-за поднятой руки комбата не видно его лица, то планшет не такой. Согласовывали и в ЦК КПСС. Затем в Киеве в специальной мастерской отлили фигуру из бронзы весом 17 т, доставили ее в Луганск. Когда устанавливали, я там дневал и ночевал. После установки монумента взял 10 л спирта, закуски и дал рабочим, чтобы помянули отца и всех не вернувшихся с войны.

— Вы и на открытии монумента были?

— Конечно! Народу было очень много. Открывал монумент председатель Совмина Украины Ляшко — он тоже воевал на том участке фронта. Из городов-героев Союза привезли капсулы с землей. Очень торжественно все было.
" (Из интервью с И. Еременко)

Эмблема Донецкого высшего военно-политического училища инженерных войск и войск связи

Знаки и медали «Новосибирского высшего военного командного училища (военный институт) филиала Военного учебно-научного центра Сухопутных войск «Общевойсковая академия Вооруженных Сил Российской Федерации»».


Часы «Победа», выпущенные к 40-й годовщине Победы, 1985 год.


В Челябинске изображение было использовано при создании металлического барельефа в память о победе в Великой Отечественной войне. Барельеф расположен на торце жилого девятиэтажного здания по адресу: улица Молодогвардейцев, дом 48; на пересечении ул. Молодогвардейцев и проспекта Победы. Во время строительства пристроя к зданию в конце 1990-х годов барельеф был демонтирован и на его месте установлен новый, несколько отличающийся внешне от установленного в 1970-х годах оригинала.


Юбилейная монета Российской Федерации. 2000 год. 10 рублей. 55 лет Великой Победы


Изображение было использовано на почтовой марке Республики Конго в 1985 году, посвящённой 40-летию Дня Победы.


Фотография комбата стала одним из символов Второй мировой войны не только на постсоветском пространстве: например, журнал «WWII History» в одном из номеров 2007 года использовал фотографию для оформления обложки.


Памятник «Комбату» на аллее Боевой славы. Запорожье. На верхнем фото сын легендарного "комбата" - экс-председатель Орджоникидзевского райисполкома Запорожья Иван Еременко.

Запорожское казачество и ряд патриотических организаций в феврале 2011 г. обратились к Президенту Украины Виктору Януковичу с просьбой присвоить звание «Герой Украины» (посмертно) младшему политруку Алексею Ерёменко. Свое обращение казаки закончили такими словами: «…выражаем надежду, что следующий наградной указ оправдает ожидания широкой патриотической общественности, да и всей Украины тоже».

12 июля 2012 г. указом Президента Украины В. Януковича № 450/12 звание «Герой Украины» и орден «Золотая звезда» присвоены Алексею Гордеевичу Еременко посмертно «за личное мужество и героизм, проявленные в боях с фашистскими захватчиками во время Великой Отечественной войны 1941–1945 годов» (не исключено, что на это решение повлиял намеченный на 11 июля у стен Администрации Президента Украины пикет представителей ряда общественных организаций с требованием присвоить Алексею Еременко это звание).

Есть анекдот времен СССР о том, что
в книге Л.И.Брежнева "Малая земля" якобы есть такие строки:
"...В разгар боя на фланге замолк пулемет. Я бросился туда.
-В чем дело - крикнул, я, подбегая к ячейке окопа.
Пулеметчик повернул ко мне потное разгоряченное лицо:
-Патроны кончились, товарищ комиссар.
Я проникновенно посмотрел в его глаза и тихо произнес:
-Но вы же коммунист.
И пулемет застрочил вновь! ".
"- В советское время тоже ходатайствовали о присвоении комбату звания Героя?
– Было такое. Первые секретари Луганского и Запорожского обкомов КПУ Гончаренко и Всеволожский вышли с таким ходатайством к Брежневу. А у Брежнева намечался день рождения. Они решили подарить ему книгу о политруке Еременко, истории создания монумента, который строил весь Союз и заодно решить вопрос о присвоении моему отцу звания Героя. Брежнев увидел книгу, расчувствовался, расплакался: это ж моя армия! Это ж мои политруки! Еременко – герой, а награды не имеет. Как же так! А тут Суслов поднимается: да, легендарный комбат, пусть он и будет легендарным, но у Леонида Ильича, воспитавшего таких бойцов, скоро день рождения и лучший подарок для Леонида Ильича – присвоение ему звания Героя. Все зааплодировали. В общем, не до отца уже было. Это мне потом рассказал Гончаренко." (Из интервью с И. Еременко)

И в независимой Украине тоже поднимался этот вопрос, – как вспоминал Иван Еременко, при губернаторе Евгении Червоненко от облгосадминистрации писали ходатайство – Президенту Виктору Ющенко. Правда, как сетовал Иван Алексеевич, фамилию его отца почему-то исковеркали – вместо Еременко написали Ефремов. Ходатайство оказалось безрезультатным… А мэр Александр Поляк обещал сыну героя, что именем Алексея Еременко будет названа улица Южноукраинская. Но свое обещание выполнить не успел…

Вероятно, кто-нибудь возразит, что таких, как Еременко, в годы войны были тысячи. Но он должен стать олицетворением тех, кто поднимал роту или батальон вместо убитого командира, как Александр Матросов стал символом тех, кто закрывал вражескую амбразуру своим телом, Николай Гастелло — тех, кто, жертвуя жизнью, направил горящий самолет на скопление врагов.

Алексей Еременко в мирное время честно трудился на благодатной украинской земле, а когда наступило суровое военное лихолетье, пошел защищать ее от врагов и погиб. Он не имел ни одной боевой награды и даже не был удостоен ее за свой последний героический бой. Поэтому когда наши государственные мужи во время торжеств называют героев, пусть вспомнят и имя Алексея Еременко. Пусть это будет шагнувшему в бессмертие бывшему младшему политруку посмертной наградой, хоть и запоздалой.

Согласимся: благодаря фронтовому фоторепортеру, запечатлевшему героическое мгновение, мы сегодня и преклоняемся перед памятью конкретного героя, и отдаем должное величию сложившегося в народной памяти образа командира Красной армии, который продолжает земную, а хочется сказать, что и вечную жизнь. Это ведь о таком всеобщем русском мгновении поэт-фронтовик Александр Межиров написал свои великие строки (несмотря на идеологическую составляющую, нисколько не умаляющие величие жертвенного подвига):

Жгли мосты
На дорогах от Бреста к Москве.
Шли солдаты,
От беженцев взгляд отводя.
И на башнях
Закопанных в пашни КВ
Высыхали тяжелые капли дождя.

И без кожуха
Из сталинградских квартир
Бил «максим»,
И Родимцев ощупывал лед.
И тогда
   еле слышно
      сказал 
         командир:
— Коммунисты, вперед!.. Коммунисты, вперед!

Кто бы он ни был, этот командир или политработник Красной армии, поднявшийся под огнем врага и поднявший за собой наших воинов, он навеки обессмертился своим подвигом, стал образом мужества и самоотверженности для многих поколений русских людей.

Не бывает безымянных героев - бывают герои, чьи имена были забыты потомками.

Комментариев нет :

Отправить комментарий