суббота, 13 августа 2016 г.

13 августа Земле Санникова 130 лет


"Земля Санникова". Это название многим знакомо по книге Владимира Обручева и одноименному фильму. Но мало кто из нас задумывался всерьез о том, а существует ли такое место в действительности и кто тот Санников, чье имя стало известно большинству в основном благодаря художественным произведениям? А ведь поиски этого загадочного острова вписали поистине золотые страницы в историю полярных путешествий и исследований Арктики в XIX и XX веках. Несомненно, Земля Санникова, которая на старых картах, известных по крайней мере с середины XVIII века, помещалась обычно в районе современных Новосибирских островов является самой известной неоткрытой землёй. Названа она по имени якутского купца-зверопромышленника, промышлявшего морского зверя, пушнину и мамонтовую кость, а "по совместительству" опытного полярного путешественника, ранее открывшего острова Столбовой и Фаддеевский, Якова Санникова, первым увидевшего её в 1811 году, и высказавшего мнение о существовании «обширной земли» к северу от Котельного. По словам охотника, над морем поднимались «высокие каменные горы». По рассказам очевидцев, эта загадочная суша словно возникала на короткое время из морской пучины, сквозь дрейфующий лёд, чтобы затем раствориться в морозной дымке. Не случайно начальник экспедиции коллежский регистратор Матвей Матвеевич Геденштром особо отметил, что «с Котельного и Фаддевского (острова Новосибирского архипелага) видны её к северо-западу и северо-востоку синеющиеся вдали горы, до которых уже на собаках достигнуть невозможно»...


К концу XIX века русские купцы и промышленники в поисках «золотого руна» того времени - соболевой пушнины - продвинулись далеко на север Сибири и к Тихому океану. Однако через несколько лет этот «источник счастья» себя исчерпал, и на его место пришел новый — мамонтовая кость. Местным жителям — юкагирам, тунгусам и якутам были известны целые острова, усыпанные этим сокровищем. В поисках мамонтовой кости и новых источников доходов открывались и новые земли...

История открытия Новосибирских островов начинается где-то в XVII столетии. 22 апреля 1647 года казак Михаило Стадухин, первым из россиян достигший Колымы, докладывал в Якутском остроге, что, ежели идти морем от Лены к Колыме, то от Святого Носа на левой руке открывается остров — «...и горы снежные, и пади, и ручьи знатны все...» — и тянется тот остров против Енисейского и Ленского устья; называют его Новою Землею, ходят на него с Поморья, с Мезени, а чукчи зимою переезжают на оленях на тот остров одним днем... Что здесь истинно? Остров Большой Ляховский с траверза мыса Святой Нос виден лучше, чем Кронштадт с Лисьего Носа под Ленинградом. Отчетливо выделяется гора Эмни-Тас высотою 311 метров, с пятнами снега даже летом. Видны долины ручьев. Но дальше в описании Стадухина все смешано в кучу... Очевидно, поэтому он и не удостоился чести считаться открывателем Новосибирских островов. Большая Советская Энциклопедия утверждает: «Первые сведения о Новосибирских островах сообщил в начале 18 в. казак Я. Пермяков, в 1712 г. о. Б. Ляховского достиг отряд казаков во главе с М. Вагиным».

В 1750 г. якутский купец Иван Ляхов открыл полуостров между Хатанской губой и рекой Анабар, изобиловавший ископаемыми сокровищами. От якутов он узнал, что к северу от м. Святой Нос есть другие, еще более богатые острова, и в 1770 г. на собачьих нартах объехал по льду два острова, которые впоследствии Екатерина II велит назвать именем купца - Большой и Малый Ляховские острова. В 1773 г. Ляхов открыл третий, самый крупный из островов этого архипелага - Котельный, названный так им по причине забытого там медного котла. О своих открытиях он доложил правительству и попытался выхлопотать себе исключительное право промышлять пушнину и мамонтовую кость как на открытых им землях, так и на тех, «которые он откроет впредь». Право такое он получил, но воспользоваться им не успел, так как вскоре умер.

Яков Санников-внук (?)
После смерти Ляхова его монополия перешла к его товарищу - купцу Сыроватскому, - который в 1805 г. отправил на архипелаг команду якутских промышленников, передовщиком которых (старшиной артели) был мещанин Яков Санников. Цель – найти бивни мамонта. Мамонтовая кость действительно была найдена. Однако не это прославило Новосибирский архипелаг и его первых исследователей. Во время поездок с 1805 по 1808 гг. Санников со товарищи открыл новые острова - Столбовой, Фаддеевский и Новая Сибирь. Затем в 1808 г. купец Бельков открыл еще один остров, названный по его имени - Бельковским.

Залив Гедештрома со спутника. Март 2010 года
Яков Санников прожил на Котельном целое лето и собрал богатый материал по описанию этого острова. Во время той летовки к северу от острова он увидел «контуры суши», но попасть туда не смог из-за большого количества полыней. По той же причине он не смог добраться до еще одной земли, которую видел с острова Новая Сибирь. Материалы своих наблюдений он передал командированному иркутским губернатором чиновнику Матвею (Матиасу) Геденштрому - ссыльному шведу, который попал под суд по делу о контрабанде, служа таможенным инспектором на Ревельской таможне. По некоторым данным, экспедицию было решено послать для выяснения положения и величины островов, находящихся севернее устья Яны, возможностей промысла на них и разрешения тяжбы между претендентами на промысел. Сам Геденштром писал в связи с этим назначением: «Я находился тогда в Тобольске, куда послан был в феврале 1808 года по Высочайшему повелению, для ожидания предназначенного мне по службе поручения; а посему в мае месяце сего же года и был избран для описания оных земель. … Мне было объявлено, что, по успешном окончании возложенного на меня поручения, не токмо могу получить испрашиваемый мне г. Сибирским генерал-губернатором чин Титулярного советника, но и надеяться вящших отличий». Помощником его был назначен землемер Иван Ефимович Кожевин, а с 1811 года его сменил геодезист Петром Пшеницын, вместе с которыми Геденштром в 1808−1810 гг. проводил работы по изучению и описанию вновь открытых островов, и наблюдения Санникова, входившего в состав экспедиции, сослужили ему хорошую службу. Выслушав рассказ Санникова, Геденштром на нескольких нартах с лучшими упряжками отправился на северо-восток, к таинственной синеве: "Мнимая земля претворилась в гряду высочайших ледяных громад 15 и более саженей высоты, отстоящих одна от другой в 2 и 3 верстах. Они в отдаленности, как обыкновенно, казались нам сплошным берегом".

Зимой 1808–1809 год Я. Санников побывал на Котельном, а затем перебрался на Новую Сибирь и летом обнаружил там следы неизвестной ранее народности. Весной 1810 года Санников пересек Новую Сибирь с юга на север и там разглядел в северном направлении гористую землю. Зная, что ранее там островов никто не видел, Санников устремился к неведомой земле и шёл к ней по льду около 30 км, пока перед ним не открылась огромная полынья. Спустя год он вместе с Пшеницыным совершил обход всего острова Фаддеевского, в результате которого была выявлена Земля Бунге – низменная песчаная полоса, соединяющая острова Фаддеевский и K°тельный. И снова, на этот раз с берега Фаддеевского, Санников увидел на севере землю. Определив расстояние до неё в 50 км, он пытался достигнуть цели по льду, но опять вынужден был остановиться перед широкой полыньей. В 1811 году Яков Санников увидел землю в третий раз, с северной оконечности острова Котельного. Теперь она была видна уже на северо-западе. Это окончательно укрепило его убеждение в том, что к северу от Новосибирского архипелага существует обширная земля.

Изображение Земли Андреева на карте Геденштрома.
На изданной в 1811 г. карте он обозначил те дальние недоступные земли, как «земли, виденные Санниковым». В начале 1812 года Геденштрома отозвали в Иркутск, где он служил сначала в канцелярии губернатора, а затем занимал должность Верхнеудинского исправника, и на этих административных должностях не оставляя научные исследования и сбор минералогических и ботанических коллекций, совершив много поездок по Якутии и Забайкалью. Выйдя в отставку, поселился в деревне Кайдуково под Томском, беспробудно пьянствовал и умер в крайней нищете 2-го (по Геннади — 20) сентября 1845 года на 65 году от рождения. Погребен в Томске. Так бесславно закончилась жизнь этого одаренного российского человека, много сделавшего для своей родины. Результаты его исследований и талантливо написанные описания путешествий опубликованы в статьях и книгах, главные из которых «Путешествия Геденштрома по Ледовитому морю и островам оного» и «Отрывки о Сибири».

Карта маршрутов Андреева
Что касается Санникова, то он был не первым, кто видел подобные острова. Еще в XVII веке появились слухи о неком «богатом морским зверем» острове, лежащем к северу от устья Колымы. В 1764 году на его поиски отправилась экспедиция под руководством сержанта Степана Андреева. По льду на собачьих упряжках Андреев с товарищами добрался до места, откуда уже была видна загадочная земля: «...Остров весьма немал. Гор и стоячего лесу на нем не видно, низменной, одним концом на восток, а другим - на запад, а в длину так, например, быть имеет верст восемьдесят...» Но, увы, вскоре путешественники увидели «незнаемых людей свежие следы, на восьми санях оленьми только перед нами проехали... и в то время пришли в немалый страх». И исследователи повернули назад. Так бесславно и закончился сей поход. В 1769-71 гг. была предпринята военная геодезическая экспедиция под руководством прапорщиков Леонтьева, Лысова и Пушкарева, но остров обнаружен не был.



Одним мз свидетельств в пользу существования обширных земель на севере стали многочисленные наблюдения за перелётными птицами — полярными гусями и прочими, весной улетающими дальше на север, а осенью возвращающимися с потомством. Так как птицы не могли обитать в ледяной пустыне, то высказывались предположения, что расположенная на севере Земля Санникова относительно тепла и плодородна, и птицы летят именно туда. Однако возникал очевидный вопрос: как севернее пустынного побережья Евразии могут располагаться плодородные земли?

Кстати, свою песню "Белое безмолвие", первоначально написанную для фильма "Земля Санникова", Владимир Высоцкий начал с упоминания этих самых птиц:

Все года, и века, и эпохи подряд
всё стремится к теплу от морозов и вьюг -
почему ж эти птицы на север летят,
если птицам положено только на юг?

Слава им не нужна и величие:
вот под крыльями кончится лед -
и найдут они счастие птичее,
как награду за дерзкий полет!




Подтверждение или опровержение существования Земли Санникова было сопряжено со значительными трудностями. Новосибирские острова находятся возле самой границы постоянной северной ледяной шапки: даже в тёплые годы океан в окрестностях островов доступен для навигации два-три месяца в году, поздним летом и ранней осенью; в холодные годы острова могут оставаться скованными льдами всё лето. Гипотетическая новая земля на расстоянии нескольких сотен километров от Новосибирских островов могла быть скована льдами непрерывно на протяжении десятилетий. Полярная ночь, продолжающаяся в этих широтах около четырёх месяцев, исключала всякие возможности исследований с ноября по март.

Экзотические полярные острова вызвали интерес в обществе, однако после экспедиции М.М. Геденштрома стало ясно, что особых богатств, если не считать мамонтовой кости, на Новосибирских островах нет. Да и «вид их еще угрюмее Сибирского берега», как сообщал М.М. Геденштром. Почему же тогда архипелаг продолжал притягивать умы? А потому, что на карте Геденштрома к северу от уже обследованных островов были нанесены еще два, никем пока не посещенные, и написано: «Земли, виденные Санниковым». Собственно, Санников видел три «земли», (одну — с Котельного и две — с Новой Сибири), но третью Геденштром не нанес на карту, решив, что это «гряда высочайших ледяных громад».

В "Ученых записках" за 1818 год академик П. С. Паллас писал об "обширной земле, на которую редко ездят и не знают, в которую сторону и далеко ли она простирается", и предположил даже, что "может быть, она и есть продолжение матерой земли Америки". Сибирский губернатор Михаил Михайлович Сперанский решил, что в этой части Ледовитого моря "могут состоять новые открытия", и в силу этого "надлежит не оставлять сего предприятия без крайних и непреодолимых препятствий". На одном из выпусков Морского корпуса император Александр III сказал, что: «Кто откроет эту землю-невидимку, тому и принадлежать будет. Дерзайте, мичмана!». Большая часть экспедиций, исследовавших регион в XIX веке, совершалась на собачьих упряжках в весенние месяцы; попытки добраться до Земли Санникова на собачьих упряжках (в том числе Санниковым в 1810—1811 и Анжу в 1824 году) зачастую прерывались торосами и полыньями.


В 1820 г. на острова отправляется экспедиция, снаряженная Морским министерством, под командованием лейтенанта Петра Федоровича Анжу, которому поручили описать весь берег от р. Лены до Индигирки, все Новосибирские острова и виденные Санниковым земли. Он выполнил первые два пункта своей инструкции, но Земли Санникова ему открыть не удалось. 5 апреля 1821 г. Анжу вышел в северную точку Котельного, откуда Санников наблюдал свою Землю. Горизонт был открыт, но на северо-западе ничего, кроме ровного льда, не просматривалось. Два дня, прорубаясь через торосы, отряд двигался в указанном Геденштромом направлении и, осилив около 44 верст, вышел на край припайного льда на границе с Великой Сибирской полыньей. «Предполагаемой земли не было видно». Анжу взял пробы донного грунта (это оказался «жидкий ил»), глубина моря составляла около 34 метров — ничто не указывало на близость суши. Анжу в отличие от Санникова имел хорошие зрительные трубы. Он пришел к выводу, что предшественник видел «туман, похожий на землю».

В 1821-24 гг. по заданию российского Адмиралтейства до Земли Андреева пыталась добраться экспедиция лейтенанта Фердинанда Врангеля. Из рассказов чукчей он выяснил, что «между мысом Ерри (Шелагским) и Ир-Кайпио (Северным), близ устья одной реки, с невысоких прибрежных скал в ясные летние дни бывают видны на севере, за морем, высокие, снегом покрытые горы, но зимой, однако ж, их не видно. В прежние годы приходили с моря, вероятно, оттуда большие стада оленей, но, преследуемые и истребляемые чукчами и волками, теперь они не показываются. По мнению (рассказчика), — пишет далее Врангель, — виденные с берегов горы находились не на острове, а на такой же пространной земле, как его родина. От отца своего слышал он, что в давние времена один чукотский старшина со своими домочадцами поехал туда на большой кожаной байдарке, но что там нашел он и вообще возвратился ли оттуда — неизвестно. Основываясь на том, что с высоты даже Шелагских гор не видно на севере никакой земли, он полагал, что она против того места, где видны высокие, снегом покрытые горы, образует мыс, далеко выдающийся в море». С удвоенной энергией он продолжал поиски. Но беспрерывные туманы, густой снег, сильные ветры и множество трещин во льду сводили почти на нет все его усилия. Лишь изредка в тумане прорывались просветы, и сквозь них можно было видеть пустынный океан, до самого горизонта закованный в сплошные льды. «С горестным удостоверением в невозможности преодолеть поставленные природой препятствия исчезла и последняя надежда открыть предполагаемую нами землю, в существовании которой мы уже не могли сомневаться, — писал Врангель. — Должно было отказаться от цели, достигнуть которой постоянно стремились мы в течение трех лет, презирая все лишения, трудности и опасности. Мы сделали все, чего требовали от нас долг и честь. Бороться с силой стихии и явной невозможностью было безрассудно и еще более бесполезно». В итоговом рапорте было отмечено: утверждать или опровергнуть существование острова невозможно, но, похоже, вблизи материка таковой земли нет.

Место временного захоронения Де Лонга
и его товарищей на Американской горке
The grave of George Washington DeLong
in Woodlawn Cemetery, Bronx, NY.
После этого о Новосибирских островах не вспоминали шестьдесят лет — до тех пор, пока в 1881 году американский полярный исследователь Джордж Вашингтон Де Лонг не открыл далеко на севере от острова Новая Сибирь (в Восточно-Сибирском море) целую группу небольших островов, получившую впоследствии его имя. В январе 1881 года с американского судна «Жанетта», дрейфовавшего в районе гипотетической Земли Андреева, капитан Де Лонг заметил неизвестный остров: «Видна отлогая насыпь, очень похожая на землю». Приблизиться к нему не удалось. В Русском Географическом обществе появилась гипотеза, что острова Беннета (получивший название в честь спонсора экспедиции) и Генриетта из архипелага Де Лонга и есть «виденные Санниковым земли» с острова Новая Сибирь. По мнению ученого секретаря РГО А.В. Григорьева, феноменальная прозрачность воздуха в Арктике усиливает видимость, поэтому значительные расстояния (до Генриетты — 260 верст!) между этими землями смущать не должны. Он также утвердительно высказался по поводу возможности существования земли к северу от Котельного. «После этого, — писал Григорьев, — не может быть сомнений в действительности существования земли, виденной Санниковым же в 1810 году на NW от северной оконечности Котельного острова». А. В. Григорьев первым употребил в печати словосочетание «Земля Санникова».

В 1885 году Академия наук организовала, по существу, первую в истории научно-исследовательскую экспедицию на Новосибирские острова. Начальником был назначен медик, впоследствии флагманский врач Балтийского флота, Александр Александрович Бунге. В помощники ему был приглашен кандидат зоологии из рода остзейских немцев барон Эдуард Васильевич Толль, всю жизнь посвятивший изучению севера Якутии, и убеждённый в существовании Арктиды (северного полярного континента, побережье которого, по его мнению, и наблюдал Яков Санников)ь.

Э. В. Толль во время экспедиции 1901
В середине августа 1886 года Толль выехал на север Котельного, надеясь увидеть оттуда легендарную Землю Санникова. 13 августа он записал в дневнике: «Горизонт совершенно ясный. В направлении на северо-восток ясно увидел контуры четырёх столовых гор, которые на востоке соединялись с низменной сушей. Таким образом сообщение Санникова подтвердилось полностью. Мы вправе, следовательно, нанести в соответствующем месте на карту пунктирную линию и надписать над ней: “Земля Санникова”». Толль счел, что эта земля находится в 150-200 километрах, чуть ли не "рукой подать". Когда он поинтересовался у местного охотника Джергели, не согласится ли тот в ближайшем будущем помочь в достижении этой таинственной суши, старый промысловик ответил: «Раз ступить и умереть...» Вплоть до начала ноября 1886 г. Толль продолжал обследовать просторы Котельного и Ляховского. Хребет на север от Балыктаха он назвал именем Шмидта. В декабре они вместе с Бунге послали телеграмму в Академию наук: "Экспедиция окончена благополучно. Осмотрены все пять островов, особенно Новая Сибирь Толлем. Все участники здоровы. Научная добыча богата. Якутск - Киренск. Бунге, Толль".


В 1893 году Толль вновь утверждает, что на горизонте вдел полоску гор, которые он отождествил с Землей Санникова. Однако в том же году норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен прошел на своем судне "Фрам" мимо Новосибирских Островов и достиг 79 градуса северной широты, но не нашел никаких следов Земли Санникова. В своем двухтомном описании похода на "Фраме", Нансен записал: «[20 сентября 1893 г.] Мы находились значительно севернее того места, где, по мнению Толля, должен был лежать южный берег Земли Санникова, но примерно на той же долготе. По всей вероятности, эта земля — лишь небольшой остров, и во всяком случае она не может заходить далеко к северу». И это не смотря на то, что в районе 78° северной широты и около 140° восточной долготы Нансен видел стаю бекасов, что как считал сам норвежский исследователь, служило бесспорным доказательством того, что где-то рядом есть неизвестная суша. Да и само направление движения «Фрама» вмерзшего в лед и дрейфующего вместе с ним, казалось, тоже свидетельствовало: поблизости должен быть остров.

28 января 1887 г. Толль прибыл со всем научным материалом в Петербург. Он преодолел 12 тысяч километров пути, из которых 8 тысяч - на санях и пешком. На заседании Академии наук были заслушаны доклад А.А.Бунге и выступление Э.В.Толля. Он высказал уверенность о существовании Земли Санникова и добавил: "Неужели мы отдадим последнее из полей действия для открытия нашего Севера опять другим народам? Ведь одна из виденных Санниковым земель уже открыта американцами". Он имел в виду Де Лонга...

Удивительно, но благодаря докладу Толля перед Академией наук, сам император Николай II дал разрешение на первую Русскую полярную экспедицию к легендарной земле Санникова. На нее требовались деньги, и бюджет рискованного путешествия долго обсуждался в правительстве. Чтобы получить от государства серьезные деньги, Академия наук немного слукавила. Узнав о том, что канадец Бернье снаряжает полярную экспедицию, опорным пунктом которой была выбрана «Земля Санникова», ученые направили в Министерство финансов явно спекулятивное письмо: «Залежи мамонтовой кости и предполагаемое обилие промысловых животных уже привлекают внимание немецких и американских торговых фирм». Разумеется, Академия стремилась, прежде всего, продолжить доскональное научное исследование региона – его геологии, фауны и флоры, климата.


31 декабря 1899 года Николай II подписал документ, согласно которому выделил 200 000 рублей из бюджета Академии наук. Правда, для рискованной экспедиции не нашлось подходящего судна... И Толль выкупил норвежское тюленебойное парусно-паровое судно «Харальд Прекрасноволосый», которое переименовали в «Зарю». Это судно рекомендовал Толлю Фритьоф Нансен как подобное знаменитому «Фраму». Выделенных императором средств оказалось недостаточно. И переоборудовать судно пришлось уже на пожертвования частных лиц (одним из них был Яков Санников - внук того самого промышленника Якова Санникова - меценат, помогавший полярным исследователям Александру Бунге, Эдуарду Толлю, Фритьофу Нансену). В эти дни в дневнике Толля появляются такие строки: «Среда 21 мая. Остро ощущаю правоту слов Гете: «Юг хранит много сокровищ! Но одно сокровище севера влечет непреодолимо к себе, словно сильный магнит».

Заново проконопаченный и отремонтированный, обшитый новым противоледовым поясом барк переводят на верфь Колина Арчера в порт Ларвик. Здесь на «Заре» полностью перестроили все помещения, которые должны были быть приспособлены для проведения экспедиций в Арктике. Промежуточные межпалубные переборки были заменены новыми, а между фок- и грот-мачтами была возведена палубная надстройка с семью каютами для членов экипажа. Значительной переделке подверглось парусное вооружение, прямые паруса оставили лишь у фок-мачты. В итоге, после реконструкции парусному вооружению судно стало соответствовать типу шхуна-барк или баркентина. Поскольку «Заря» отправлялась в рейс под флагом Невского яхт-клуба, она получила статус яхты. После завершения работ в октябре 1899 года «Зарю» осмотрело норвежское бюро «Веритас» и выдало аттестат дальнего плавания на 3 года.

Участники экспедиции на борту шхуны «Заря».
В верхнем ряду: третий слева над Толлем — Колчак.
Второй ряд: Н. Н. Коломейцев, Ф. А. Матисен, Э. В. Толль,
Г. Э. Вальтер, Ф. Г. Зееберг, А. А. Бялыницкий-Бируля
21 июня 1900 года первая в истории Российской империи полярная экспедиция под начальством Толля отправилась на судне «Заря» в Арктику. Возглавил команду шхуны «Заря» лейтенант флота Николай Коломейцев. В команде было всего 20 человек. Её научный «костяк» образовали: начальник экспедиции и геолог барон Эдуард Толль; геодезист, метеоролог и фотограф Фёдор Матисен; гидрограф, гидролог, магнитолог, гидрохимик и картограф Александр Колчак; зоолог и фотограф Алексей Бялыницкий-Бируля; астроном и магнитолог Фридрих Зееберг; врач-бактериолог и зоолог Герман Вальтер. Все были известными, но в советские годы одно имя было засекречено. Среди главных членов экспедиции оказался будущий адмирал Александр Колчак, служивший в то время лейтенантом на броненосце «Петропавловск». Корабль шел по маршруту из Балтики на Дальний Восток. В одном из портов Толль и Колчак случайно встретились, и барону удалось переманить лейтенанта в свою экспедицию. На судне, которое направлялось в первую русскую полярную экспедицию, Колчак занимался промером глубин, гидрогеологическими и магнитными наблюдениями.

Командир яхты «Заря» лейтенант Н. Н. Коломейцев
в кают-компании, 1900 г.
Более чем через год после выхода из Петербурга, 9 сентября 1901 года, «Заря» достигла района предполагаемой Земли Санникова. За это время разногласия между Толлем и Kоломейцевым накалились до предела, и капитан ушёл на материк. Коломейцев заявлял Толлю, что в повиновении команду можно удержать лишь при помощи телесных наказаний (уже давно отменённых на флоте) — отношения учёного-гуманиста и строевого офицера не сложились изначально. Они ссорились ещё в Петербурге из-за разграничения обязанностей (Коломейцев пытался получить у президента точную инструкцию о своих полномочиях, но успеха не имел). Непонимание возникло также сразу после постановки вопроса о том, под каким флагом должна идти в поход «Заря»: под гражданским трёхцветным, либо военным Андреевским. Проблема была психологического порядка: Толль не учёл, что офицер, назначенный командиром судна, согласно Морскому уставу, будет считать себя командиром, капитаном, и требовать соответствующего к себе отношения со стороны пассажиров. Толль же видел в судне лишь транспортное средство, а его командир был для начальника экспедиции лишь «разновидностью извозчика», которому полагается везти туда, куда указывает пассажир. При этом «извозчик» запрещал Толлю заходить в рубку, считая, что у того «чёрный глаз» и с судном постоянно что-то случается при его появлении.

Командование судном принял лейтенант Ф.А. Матисен. Матисен при этом смотрел на барона Толля также, как и командир шхуны Коломейцев, но не высказывался по этому поводу вслух. «Малые глубины говорят о близости земли, — записывает Толль в дневнике, — но до настоящего времени ее не видно...» Матрос из «вороньего гнезда» разглядел только подковообразный ледяной пояс, а за ним — полосу свободной воды, («...у меня закрадываются тяжелые предчувствия... но довольно об этом!») На следующий день сгустился тяжелый туман, сделав дальнейшие поиски бессмысленными и принеся Толлю неожиданное облегчение: «Теперь совершенно ясно, что можно было десять раз пройти мимо Земли Санникова, не заметив ее».

Туман, целую неделю закрывавший горизонт, утром 11 сентября рассеялся. Взору искателя явилось несколько признаков близкой земли: море было очень мелким, с севера на юг летели стаи пуночек, мимо проплывали стада моржей, а ещё ночью встретился большой айсберг. Но когда, наконец, из тумана выплыли высокие скалы, покрытые ледниками, оказалось, что это всего лишь мыс Эмма, 20 лет назад открытый Де Лонгом и названный именем его жены…

Первое полярное сияние напомнило, что близится зима. Машинист доложил, что заканчивается уголь. Толль принял решение возвращаться для зимовки к острову Котельному. Капитан направил судно в пролив между северным берегом Котельного и небольшим островом Бельковского. Впереди показался вдающийся в сушу залив. Пошли в него и увидели на берегу флаг, хижину и бегущих навстречу людей. Это был отряд геологов под руководством К.Воллосовича, направленный с целью организации вспомогательных баз для экспедиции Толля.

16 сентября судно встало на зимовку в лагуне Нерпэлах, у западного берега Котельного. В течение зимы «Заря» работала как стационарная метеорологическая и геофизическая станция. «Мне нужен только один ясный день, – говорил Толль своим спутникам, – чтобы с вершины острова Беннета осмотреть северный горизонт… увидеть мечту многих лет жизни – таинственную Землю Санникова». В дневнике он записал: «Теперь я сгораю от нетерпения достигнуть намеченной цели». А 5 июня 1902 года, когда было еще далеко от освобождения «Зари» из ледового плена, весь экипаж «Зари» провожал четверых своих товарищей. Это были сам Толль, астроном Фридрих Георгиевич Зееборг и двое местных охотников-промышленников — Василий Горохов и Николай Дьяконов. Они вышли на нартах с собачьими упряжками, тащившими две байдары, по маршруту Котельный — Фаддеевский — мыс Высокий на Новой Сибири, а далее — больше ста верст почти прямо на север по льду Восточно-Сибирского моря — на остров Беннетта, за которым, как был уверен упрямый барон, он встретит заветную землю. Целью похода было изучение природных условий этих островов, но в глубине души Толль таил мечту, что с острова Беннетта удастся увидеть Землю Санникова, а может быть, и пройти на нее. Через месяц партия Толля на байдарах достигла того самого мыса Эмма. Здесь Толль назначил встречу с «Зарей» в начале сентября…

Лейтенант Ф. А. Матисен
Но ледовая обстановка летом 1902 года сложилась крайне тяжелой. После трех неудавшихся попыток пробиться к острову Беннетта «Заря» вынуждена была уйти в ближайший порт - Тикси. Таков был приказ Толля, оставленный командиру судна в конверте с надписью: «Открыть в случае…. возвращения без меня экипажа на материк или в случае моей смерти». «Предел времени, когда Вы можете отказаться от дальнейших стараний снять меня с острова Беннетта, определяется тем моментом, когда на «Заре» израсходован весь запас топлива до 15 тонн угля...»Согласно содержавшейся там инструкции капитан Ф.А. Матисен должен был возглавить экспедицию и возвращаться на родину. Так он и поступил.

Остатки шхуны экспедиции Толля «Заря» в бухте Тикси, 1933 год.
«Заря» осталась в бухте Тикси в северной части острова Бруснева и несколько лет использовалась судоходной компанией А. И. Громовой. В 1915 году на судне вспыхнул пожар, и оно сгорело до уровня ватерлинии...


Вещественных следов пребывания «Зари» у Котельного почти не осталось. В одном месте на косе геологи видели вкопанное вертикально бревно и в створе с ним несколько металлических колышков — устройство для определения астропунктов. Может быть, колья вбивали люди с «Зари»? Есть также древняя избушка на берегу; в ней не мог не побывать Толль, однако реальных свидетельств опять нет. Впрочем, один бесспорный памятник есть: крест на могиле врача экспедиции Г. Э. Вальтера, умершего 3 января 1902 года.

Банка консервированных щей,
изъятая из склада Толля и Колчака
близ залива Гафнера в 1974 г.
...Спасательной партии под руководством лейтенанта А.В. Колчака удалось на одной лодке пробиться к острову Беннетта только 17 августа следующего, 1903 года. В 17 часов вельбот подошел к берегу у мыса Эммы, и в тот же момент матрос Василий Железников, стоящий с крючком на баке, увидел у уреза воды крышку от алюминиевого котелка, каким пользовался Толль. На берегу лежали ящики с коллекциями, а в поварне, наполовину заполненной смерзшимся снегом, а рядом – ящики с геологическими образцами и приборами, листы из астрономии Циглера, обрывки платья, кожаную портупею для геологического молотка... По пути нашли следы еще двух стоянок Толля, а на самом мысе – байдарочные весла и бутылку с тремя записками, написанными в августе и сентябре, когда Толль со спутниками ожидали на мысе прихода «Зари». Под кучей камней лежал обшитый парусиновый ящик, в нем находился круг Пистора и документ, адресованный президенту Академии наук. В записке приводились краткие сведения о геологии острова Беннетта, о его современных обитателях, о птицах, пролетавших над островом с севера на юг. Найден был и план острова с указанием места, где построен зимовочный дом. «...Вследствие туманов земли, откуда прилетели эти птицы, так же не видно было, как и во время прошлой навигации Земли Санникова...» (И здесь он не забыл о Земле!) Нашли также письмо Толля на русском и английском языках. Из него следовало, что 8 ноября 1902 года группа двинулась через пролив шириной 150 километров к Новосибирским островам: «Отправимся сегодня на юг. Провизии имеем на 14—20 дней. Все здоровы. 26.Х, 8.XI Э. Толль». Это полярной-то ночью, в тридцатиградусный мороз, зная, что посреди пролива – никогда не замерзающая полынья, прикрытая тонким слоем ледяного крошева! Переплывать через нее в лодках, имевшихся у Толля, – огромный риск. С тех пор о нем ничего не было известно. Группу экспедиции, которая получила другое исследовательское задание, удалось спасти.


Затем поиски таинственной суши были продолжены во время плавания ледокольных транспортов «Таймыр» и «Вайгач» в 1913 году под начальством Б. А. Вилькицкого, хотя и безрезультатно. Правда, этот моряк в том же году открыл другую, на этот раз реальную сушу – Землю Николая II, в советское время переименованную в Северную Землю.

Адмирал С. О. Макаров, близкий друг барона Толля, писал: «Все полярные экспедиции... в смысле достижения цели были неудачны, но если мы что-нибудь знаем о Ледовитом океане, то благодаря этим неудачным экспедициям». Толль не нашел Землю Санникова как конкретный географический объект. Но его научные исследования помогли приблизиться к решению этой загадки природы.

Первая русская полярная экспедиция оказалась очень полезной для российской науки. А гидрограф Александр Колчак подготовил монографию «Лед Карского и Сибирского морей» и получил орден Св. Владимира 4-й степени и высшей награды Русского Географического общества — Константиновской медали. В 1928 году, уже после смерти легендарного белого генерала, эта работа была переведена на английский язык и издана американским Географическим обществом. А советские капитаны водили свои суда по карте Колчака вплоть до 1934 года.


В существовании Земли Санникова был уверен видный сибирский геолог Владимир Афанасьевич Обручев (в 1929 году он заслуженно стал академиком), опубликовавший в 1924 году роман «Земля Санникова» (вернее, «Земля Санникова, или Последние онкилоны»), по мотивам которого в 1972—1973 годах на киностудии «Мосфильм» Альбертом Мкртчяном и Леонидом Поповым был снят одноименный фильм, главные роли в котором исполнили Олег Даль, Георгий Вицин и Владислав Дворжецкий. В своем увлекательном романе Владимир Афанасьевич использовал идеи Толля о возможном проявлении вулканических сил на этой земле, которые могли создать благоприятные условия как для растительной жизни, так и для жизни человека, изолированного от Большой земли, а так же легенды о цветущем архипелаге островов, затерянном в бескрайних просторах Северного Ледовитого океана, услышанные им во время экспедиции по Якутии в начале XX века. В подтверждение своих слов якуты указывали Обручеву на стаи птиц, улетавших на север в сторону ледяных торосов Арктики. Аборигены верили, что и племя онкилонов (иногда употребляют вариант анкилоны, от чукотск. ан’к’альыт - «морской народ»), которое впоследствии ученый описал в своей книге, однажды отправилось вслед за птицами: великий шаман «указал народу путь на эту землю». Об этом загадочном племени до сих пор ходят легенды.

онкилоны. кадр из фильма "Земля Санникова"
Еще во время экспедиции Норденшельда в 1878-79 годах, когда его судно "Вега" попало в ледовый плен у берегов Чукотки, врач экспедиции Нордквист - ученый-исследователь - южнее стойбища Рыркарпий (по-чукотски "лежбище моржей") обнаружил много пустых землянок с крышами из китовых ребер, принадлежавших неизвестному народу. Он исследовал их и собрал сохранившиеся предметы быта - каменные и костяные предметы — топоры, ножи, наконечники копий и стрел, скребки. У многих из этих предметов сохранились костяные и деревянные рукоятки, которые ремешками крепились к наконечникам орудий. Выяснилось: до появления чукчей, многие столетия тут проживало загадочное племя онкилонов. Люди его внешне отличались от чукчей и эскимосов, но по укладу жизни и занятиям морским зверобойным промыслом были на них похожи. Однако пришедшие по льду Беренгова пролива воинственные племена американских индейцев Аляски - чукчи - воевали с ними и половину племени онкилонов истребили. Тогда оставшиеся в живых аборигены во главе со старейшиной Крехаем (Крэхоем, Керхаем, Крохаем) сели в байдарки и отплыли куда-то на север, в неизвестность, с острова Шалаурова, чукотское название которого — Айнауткон («место призыва, созыва»). Этот остров впоследствии являлся местом сбора во время чукотских межплеменных войн и празднеств. Позднее, в 30-х года XX столетия, их следы были обнаружены и на острове Врангеля.

онкилоны. иллюстрация к книге Обручева
Обручев в конце своей книги дал оценку возможного правдоподобия существования острова Санникова и обитания там онкилонов. По его словам вполне вероятно с научной точки зрения существование в уединенном районе Северного Ледовитого океана обширного острова вулканического происхождения (аналога Исландии). Потоки магмы по вулканическому каналу могли поступать из недр земли на поверхность острова, тем самым отепляя его климат и делая возможным обитание там первобытных людей и мамонтов. В таком случае онкилоны вполне могли бы спастись на таком острове после своего бегства от чукчей с побережья на острова Северного Ледовитого океана.

Вообще, легенды о такой благодатной земле, затерянной в Ледовитом океане, известны в фольклоре чукчей, юкагиров, эвенков, якутов, да практически всех коренных северных народов, основой жизни которых были охота и рыболовство, а значит и тяга к длительным путешествиям и возможным встречам с чем-то загадочным в северной природе.


Мысль о возможном существовании этой земли продержалась до 1937 года, когда в задачу высокоширотной экспедиции на ледокольном пароходе «Садко» под начальством Рудольфа Лазаревича Самойловича входила постройка там полярной станции. Советский ледокол «Садко» во время своего дрейфа прошёл возле предполагаемого острова и с юга, и с востока, и с севера, — но ничего, кроме океанских льдов, не обнаружил. Запланированную же полярную станцию пришлось строить на острове Генриетты. Стоит отметить, что в ХХ веке в подозрительный район неоднократно заходили и другие советские ледоколы, включая знаменитый «Челюскин», но либо ничего не обнаруживали, либо из-за тяжелой ледовой обстановки меняли маршрут.

Окончательно отсутствие суши в предполагаемом районе выяснилось после полётов самолётов арктической авиации, которые вывозили зимовщиков с дрейфующих кораблей в марте 1938 года – по просьбе академика В.А. Обручева их маршруты трижды пересекли район возможного нахождения Земли Санникова, но чего-либо похожего на сушу экипажи так и не обнаружили. Хотя, с другой стороны в те же 30-е годы советские лётчики Иван Черевичный и Валентин Аккуратов в ходе ледовой разведки сделали несколько снимков неизвестного острова, однако долететь до таинственной земли у них не хватило горючего.

Джек_Северянин. www.liveinternet.ru



Доктор географических наук Валерий Глушков считает, что Земля Санникова, как в романе, была вулканическим островом. Густые туманы, на которые жаловались Толль и другие полярники, возникали потому, что выделяемое вулканом тепло нагревало холодный воздух моря Лаптевых. Туманы севернее островов Анжу не наблюдали уже 60 лет - как раз с момента, когда перестали видеть Землю Санникова. По мнению Валерия Глушкова, причиной их исчезновения могло быть только извержение вулкана, скрывшегося под водой вместе с островом.

останки мамонта
В 1948 году сотрудник Арктического института В. Н. Степанов высказал мысль, что Земля Санникова существовала и лишь в самом недавнем прошлом исчезла, растаяв, так как была сложена ископаемым льдом. Эта идея кажется настолько очевидной, что поразительно, как она не пришла в голову Толлю. Тем более что в истоках идеи, по существу, лежат геологические представления Толля: его учение об ископаемых льдах и его концепция «мамонтового материка». Попробуем заглянуть в недавнее геологическое прошлое.

С какого рубежа начать отсчет? Геологические события, естественно, не начинаются с 1 января. Цепочка тянется из прошлого и уходит в будущее. Заглянем, к примеру, на несколько десятков тысяч лет назад, в плейстоцен. Уровень Северного Ледовитого океана был тогда на 100 метров ниже, чем сейчас. Для такой низменной страны, как север Восточной Сибири, это имело огромное значение: практически весь шельф морей Лаптевых и Восточно-Сибирского — то, что на географических картах закрашено бледно-голубым, — было сушей, бескрайней равниной. Через равнину протягивались величественные долины Анабара, Лены, Индигирки, Колымы в их нижнем — тогда — течении. Сейчас эти низовья затоплены и доступен для наблюдения только фрагмент древней долины Пра-Яны — песчаная пустыня Земли Бунге, «полярная Сахара». В южном направлении равнина захватывала площадь сегодняшних Яно-Индигирской и Приморской низменностей. Длительное время на всем этом едином пространстве накапливалась толща озерно-проточных отложений. Верхняя часть толщи заключает в себе уникальный геологический объект — слой ископаемого льда мощностью в десятки метров. Горизонт развит на материке по всей низменности и занимает огромные пространства на островах Новой Сибири, Фаддеевском, Малом и Большом Ляховских. Как образовался каменный лед? Более полувека образцом научного изящества считалась теория Толля, согласно которой ископаемые льды Новосибирских островов суть погребенные древние снежно-ледяные поля, вроде глетчеров Гренландии. Однако в цепи доказательств не было одного, возможно, самого главного звена — нигде на севере Восточной Сибири не было найдено обязательных следов покровного оледенения: морен, «бараньих лбов» и т. п. Сам Толль ощущал эту слабость и пытался увидеть ледниковые образования в других, внешне похожих геологических объектах. Сейчас происхождение льдов объясняют иначе, но сохранили силу мысли Толля о том, что образование льдов происходило в интервал времени, отвечающий максимальному оледенению Сибири, и что толща льда послужила своего рода фундаментом громадной равнины — «мамонтового материка».

Ледниковые эпохи в Сибири не сопровождались широким покровным оледенением, как это было в Европе, но глубокое похолодание поставило перед органическим миром альтернативу — приспособиться к холоду или погибнуть. Это был колоссальный рубеж. Вымерли теплолюбивые звери третичного периода. Древний человек научился жить в пещерах, пользоваться огнем и одеваться в шкуры. На севере Восточной Сибири прочно обосновались не боящиеся холода и неприхотливые к пище млекопитающие «мамонтового комплекса». «Там они бродили, — пишет Толль, — по обширному свободному пространству, которое, соединяясь с нынешним материком, достигало, быть может, через полюс американского архипелага и, несмотря на глетчеры, не было бедно пастбищами».

«Мамонтовый материк» начал распадаться, когда закончилось последнее оледенение и стал повышаться уровень моря. Где здесь причина и где следствие?

Знакомо ли читателю понятие «эвстазия»? Это комплекс процессов, обусловливающих периодические колебания уровня Мирового океана. Процессы разные: планетарные, внутримантийные, климатические... Различают, в частности, тектоноэвстазию — вертикальные движения земной коры, обусловленные глубинными причинами, и гляциоэвстазию — процессы, связанные с оледенениями. Понижение уровня океана в эпоху плейстоценовых оледенений определялось тем, что огромные массы воды были переведены в твердое состояние — в форме покровных или погребенных ледников. Последующее таяние льдов вызвало повышение уровня океана. Гляциоэвстазия! — скажет читатель. Но почему происходили сами оледенения? Потому, что прерывалось поступление в Арктический бассейн теплых атлантических вод: вследствие тектонического подъема участка земной коры где-то далеко на западе образовался порог, который воды из Атлантики не могли преодолеть. Тектоноэвстазия! Что же было раньше — курица или яйцо?

Потепление плюс колебания уровня моря привели к тому, что от «мамонтового материка» осталось лишь несколько островов. Все остальное... растаяло.


...Мы ехали на вездеходе по южному берегу Большого Ляховского, от Кигиляха на восток. Полуостров Кигилях — это царство гранита. От воды идет почти ровная гранитная стена (как будто на Неве, с лодки, смотришь на отвес Дворцовой набережной), выше камень лежит ступенями, как остатки трибун стадиона великанов, а вершину венчают сами великаны — «кигиляхи», по-якутски «каменные люди», — причудливо обработанные ветром гранитные останцы. В солнечный день, при мареве «кигиляхи» слегка покачиваются, словно разговаривают друг с другом. Иллюзия полная, немудрено, что охотники-якуты по традиции оставляют у подножия «каменных людей» символические жертвоприношения: мелкие деньги, конфеты, какие-то ленточки... Когда в свое время А. А. Бунге пытался отбить образцы кигиляхских гранитов, местные обитатели решительно воспротивились, опасаясь гнева великанов...

Около Ванькиной речки мы поднялись на кромку берегового обрыва и встали на свой прошлогодний след. След — хороший ориентир, он снимает тягостную необходимость быть все время начеку, чтобы не сбиться с маршрута. Слева по ходу отлого и длинно уходили вверх склоны горы Хаптагай-Таас, а справа, то приближаясь, то удаляясь от следа, тянулась кромка берегового обрыва. Сам обрыв сверху не был виден, просто тундра кончалась, и там, этажом ниже, блестела поверхность моря. Вдруг водитель резко остановился, и я увидел, что колея под углом уходит за край обрыва, в никуда, словно рельсы у края взорванного железнодорожного моста. Мы проехали немного вдоль обрыва, и след вновь появился, как будто прошлогодний вездеход пролетел по воздуху над морем и вернулся на твердую землю. Вся эта мистика означала только то, что за год добрый кусок берега успел разрушиться.

Разрушающийся берег. Огромные ниши. Карнизы. Трещины, которых не перепрыгнуть. Обвалившиеся блоки диаметром в десятки метров загромождают подножия уступов. Картина наводит на мысль о катастрофических явлениях природы, возможно, о землетрясениях. Трудно поверить, что все это сделало беззвучное и постепенное таяние льда под солнечным теплом...

...Острова Семеновский и Васильевский лежали в море Лаптевых западнее Столбового. Зимой 1823 года первый из островов имел параметры 14 816 на 4630 метров, второй был вытянут на 4 мили, при ширине в четверть мили. Экспедиция на «Вайгаче» в 1912 году зарегистрировала следующие размеры острова Семеновского: длина 4630 и ширина 926 метров. В 1936 году к островам подошло гидрографическое судно «Хронометр», имевшее задание установить на них навигационные знаки. Увы, острова Васильевского уже не существовало, а Семеновский уменьшился вдвое. Знак на нем установили в 180 метрах от западного берега, а в 1945 году, когда остров посетил И. П. Григоров, он уже стоял в метре от обрыва, грозя вот-вот упасть в воду... Остров прекратил свое существование в 1950 году.

Волны подмывают ледяные берега; что ни год, острова становятся меньше. Новосибирский архипелаг уже потерял таким образом не менее, чем три острова. Карта Архипелага постоянно меняется. Так, например, относительно недавно, «с лица» моря Лаптевых исчезли два немалых острова, Семеновский и Васильевский. Первый из них достигал двадцати километров длины, второй был вдвое меньше. В 1955 году моряки, шедшие на судне «Лаг» к Семеновскому острову зажигать маяк, были потрясены, не обнаружив ни маяка, ни самого острова! Осталась лишь «банка», мелководье глубиной в 20 сантиметров. Васильевский остров исчез точно так же, но раньше на четыре года. По прогнозам, лет через 100-150, должен уйти под воду и стать сплошной мелью громадный остров – «Земля Бунге», близнец «Земли Санникова».

В. Иванов. www.vokrugsveta.ru


По мнению ряда исследователей, Земля Санникова, как и многие арктические острова, в том числе и большая часть Новосибирских, была сложена не из скал, а из ископаемого льда (вечной мерзлоты), поверх которого был нанесён слой грунта. Со временем лёд растаял, и Земля Санникова исчезла подобно некоторым другим островам, сложенным ископаемым льдом — Меркурию, Диомида, Васильевскому и Семёновскому. Современные гидрографы сумели "поднять со дна" Землю Санникова. С 1970 года она есть не только в книгах, но и на картах! Только, разумеется, без вулканов, мамонтов и романтических племен с шаманами и узкоглазыми красавицами, придуманных писателем Обручевым. Это просто гигантская банка (отмель), небезопасная для мореплавателей, оставшаяся на месте ледника. Считается, что растаял он относительно недавно. Кстати, проведенный анализ донных грунтов банки показал, что они практически полностью совпадают с грунтами, находящимися на месте исчезнувшего острова Семеновский. А менее ста двадцати лет назад Толль действительно мог еще видеть в бинокль обманчивую ледяную громаду. Слова из песни к фильму о Земле Санникова «Есть только миг между прошлым и будущим - именно он называется жизнь» с точки зрения геологии очень даже справедливы по отношению к этому загадочному архипелагу...


Относительно недавно орнитологи разгадали загадку летящих на север птиц. Они прикрепили к ним миниатюрные датчики и проследили их перемещение. Оказалось, что птицы летят через весь Северный Ледовитый океан, пролетают над Северным полюсом и выводят птенцов в Канаде и на Аляске. Сохранилась генетическая память еще с тех времен (порядка 100 млн лет), когда Америка и Азия соединялись между собой на севере?


Некоторые ученые считают, что и онкилоны нашли прибежище там же, на Аляске, став эскимосами. По мнению В. В. Глушкова из ИИЕТ РАН, онкилоны изначально жили на острове Врангеля. Затем с острова их вытеснили воинственные чукчи, после чего онкилоны переселились на Новосибирские острова. По гипотезе В. В. Глушкова ранее из-за тектонической активности на Новосибирских островах был более мягкий климат, а над хребтом Гаккеля западнее и северо-западнее Котельного существовала обширная полынья. Спустя какое-то время по мнению Глушкова климат на Новосибирских островах стал более суровым и онкилоны мигрировали через циркумполярную зону, став эскимосами Аляски или Гренландии. Гипотеза В. В. Глушкова была озвучена на международной конференции «Между этносом и Евразией. Идеи и влияние Л. Н. Гумилева» в докладе «Этнос и география: куда ушли онкилоны?». Впоследствии В. В. Глушков высказал гипотезу, что онкилоны могли перебраться на тогда еще существовавшую землю Санникова или вернулись на Евразийский материк. В книге Георга Хартвига «Природа и человек на крайнем севере» онкилоны — это оседлые чукчи, которые принадлежат к эскимосскому племени. В книге Г. А. Меновщикова «Эскимосы, научно-популярный историко-этнографический очерк об азиатских эскимосах» онкилоны — это эскимосы.

Mount Asgard
Гораздо сложнее со свидетельством Толля о том, что на северо-востоке он видел контуры четырех "гор, которые на востоке соединялись с низменной землей". На северо-востоке, правда, в двух с половиной-трех тысячах километров, действительно есть горы с плоской вершиной. Например, на Баффиновой земле гора Монт-Асгард с двумя пиками, разделёнными седловиной. Высота над уровнем моря — соответственно 2015 и 2011 метров. Причем, оба пика представляют собой плоские вершины цилиндрической формы, что весьма напоминает столовые горы. Там же есть гора Монт-Один (2143 метров) и ряд других гор, которые при плохой видимости также можно принять за столовые горы. Более того, к востоку от этих гор, наблюдатель с Новосибирских островов должен был увидеть "низменную земли" Северной Канады, т.е. все в точном соответствии с описанием барона Толля! Вопрос только в том, каким образом Толль вместе с Санниковым смогли увидеть земли отстоящие от них на несколько тысяч километров?

В принципе, это могло быть отражение света от верхних слоев ионосферы, подобное тому, что создает помехи телепередачам, а в 60-е годы ХХ века использовалось для непосредственного просмотра телепередач итальянского, немецкого, английского или иного телевидения, передающие станции которых располагались на расстоянии в 2-3 тысячи км, в Советском Союзе (тем, кому это интересно, может посмотреть подшивки "Радио" по сверхдальнему приему ТВ конца 50 - начала 60-х годов). Но при этом вершины гор должны были бы выглядеть перевернутыми, и, вряд ли, барон Толль не упомянул об этом.

Но есть и другая возможная причина сверхдальнего наблюдения канадских гор на Новосибирских островах. Это явление называется фата-моргана (фея Моргана, по преданию, живущая на морском дне и обманывающая путешественников призрачными видениями).

Это достаточно редко встречающееся сложное оптическое явление в атмосфере, состоящее из нескольких форм миражей, при котором отдалённые объекты видны многократно и с разнообразными искажениями. Фата-моргана возникает в тех случаях, когда в нижних слоях атмосферы образуется (обычно вследствие разницы температур) несколько чередующихся слоёв воздуха различной плотности, способных давать зеркальные отражения, а также преломления лучей.

Т.е. и Санников, и Толль вполне могли видеть таинственную землю, а потому любые подозрения, в необъективном освещения ими событий или излишней фантазии, можно полностью отвергнуть, как необоснованные. Более того, становится понятным почему Земля Санникова была видна только в очень редких случаях - фата-моргана это очень и очень редкое явление.

Впрочем, ученые, изучающие оптические феномены, уверяют, что вблизи больших материков и крупных островов иногда появляется так называемая полоса слияния. Нередко подобные миражи видят в море Лаптевых около Новосибирских островов, как раз там, где Санников впервые заметил свою землю. В этом контесксте вполне вероятно, что земля, которую видел Санников, — это хрономираж, призрак существовавшей некогда суши.

АРКТИДА (Гиперборея)
Ну и напоследок очень красивая, но совершенно неправдоподобная версия. А вдруг Санников видел мираж из прошлого или будущего? О том, что растают льды на севере и там появится цветущая земля, писал средневековый астролог Раньо Неро, и у Нострдамуса, говорят, есть что-то про избранных, живущих за Полярным кругом (хотя понять этого предсказателя порой бывало весьма затруднительно). Мифы о счастливых странах у самого Северного полюса - Арктиде, Гиперборее - известны еще с незапамятных времен. В существование блаженной Гипербореи в теплом приполярном раю верили древние греки. А после Платона, описавшего великую страну древности Атлантиду, находились ученые-мечтатели, уверенные, что могучая цивилизация располагалась к северу от побережья Азии и что после катастрофы последние атланты высадились в устье Оби. Не был чужд гиперборейских фантазий и знаменитый российский геолог и писатель Владимир Обручев.

Существует также версия, активно обсуждаемая любителями мистики, — параллельные миры. Действительно, физики уже доказали, что эти миры существуют, а некоторые из них даже соприкасаются друг с другом посредством неких «кроличьих нор». Возможно, утверждают приверженцы этой версии, Земля Санникова, так же как Винланд у скандинавов, Дильмун у шумеров, острова Блаженных у греков, — это не что иное, как миры, проявляющиеся в нашей реальности благодаря искривлению пространства. Вероятно, земля Санникова – это земля иной планеты, отстоящей от нас на тысячи световых лет. Но где-то по границе этих островов в недавнем прошлом искривленное пространство сформировало портал, позволяющий птицам улетать на зимовку не за тысячи, а за несколько сотен километров. Портал мог быть открыт еще в XIX веке, что позволяло Санникову и Толлю рассматривать побережье земли Санникова, а последнему, возможно, удалось навсегда перейти по ту сторону Земли. Тем же, кто решит критиковать эту версию, предлагаю вспомнить (или прочитать) теорию искривления пространства, знакомую любому современному математику.



Страна исседонов (1899)

На восток от аргиппеев,
Там, в Татарии Великой,
Змей живет, краса всех змеев,
Многочудный, многоликий.

Там, без тягостных законов,
В заколдованной долине,
Жило племя исседонов,
Говорят, живет доныне.

Судьбы их — гиероглифы,
Край их — золотом богатый,
И таинственные грифы
Стерегут тот край заклятый.

Восемь месяцев — целебный
Холод дышит над страною,
И летает змей волшебный,
И мерцает чешуею.

Кто туда неосторожно
Из другой страны заглянет,
Тот,— предание неложно,—
В изумленьи камнем станет.

Все пути туда закляты,
Возле самого преддверья
Льды восходят, как палаты,
Снег и град, как пух и перья.

Камни, золото и холод,
Закаленная природа,
И никто ни стар, ни молод,
Неизменно в год из года.

Только змей в игре извивов,
Золотисто-изумрудный,
Изменяет цвет отливов,
Многоликий, многочудный.


Константин Бальмонт


А пока ученые и исследователи спорят была ли Земля Санникова, российские массовики-затейники Анна Занадворова и Михаил Кружков разработали в 2012 г. настольную компанейскую игру «Я твоя понимай!», в которой игре на ассоциации игрокам предстоит по очереди побывать в роли посла, который должен объяснить остальным игрокам-онкилонам (обитающих, как не трудно догадаться на легендарной Земле Санникова в Северном Ледовитом океане) различные современные термины. Туземцы не знают нашего языка, поэтому послу придется пользоваться простейшими рисунками, используемыми в языке онкилонов, чтобы донести до них смысл того или иного слова. Игра стала двукратным обладателем российской настольно-игровой ежегодной премии «Тесера 2013», безоговорочно победив в номинациях «Лучшая компанейская игра» и «Лучшая семейная игра».


Остается только добавить, что якуты, эвенки и чукчи утверждают, что последние мамонты погибли не 10 тыс. лет назад, а уже во времена Петра I. Может, местным жителям виднее? Ледовые пространства хранят еще много тайн. И суровый материк по-прежнему ожидает новых Санниковых и Толлей. Может, новую землю откроют. А нет, так еще какие-нибудь "айсберги" или рощи отыщут. А то и потомков онкилонов. И кто знает, возможно, им удастся доказать всему миру, что Земля Санникова существовала. А пока можно фантазировать и читать одноименный роман или смотреть одноименный фильм...

Кадр из фильма "Земля Санникова"

Комментариев нет :

Отправить комментарий