вторник, 9 августа 2016 г.

80 лет Великой социалистической кулинарной революции, или как 27-й бакинский комиссар в США был


Легенда СССР, "любимый нарком Сталина" и один из бакинских комиссаров Анастас Иванович Микоян, проживший от "Ильича до Ильича без инфаркта и паралича", был не только крупным политическим деятелем, умевшим располагать к себе совершенно разных людей и способным увернуться "между струйками" любой опасности: была ли то лихая поездка в бронетранспортере без крыши по улицам мятежного Будапешта в 1956 или полет на Боинге, у которого загорелись два двигателя из четырех, в январе 1959; «врачебная ошибка» 1963 года, когда в Кремлевской больнице 68-летнему члену президиума ЦК перелили кровь больного гепатитом, или пуля дезертира Савелия Дмитриева, трижды стрелявшего в машину Микояна в 1942 году, которую он принял за машину И.В. Сталина; тигр-людоед, которого боялась вся округа, в 1945 году, когда Микояна случайно забыли на перегоне близ станции Тигровая во время поездки в Китай к Мао Цзедуну, или сильнейший шторма близ Курил в то же время. В октябре 1952 года Сталин на XIX съезде высказался против включения Микояна в президиум съезда а потом на пленуме весьма резко говорил о нем. Проживи вождь на пару месяцев больше, Микоян бы покинул этот мир на 35 лет раньше (показания на него вовсю выбивались у арестованных по делу Еврейского антифашистского комитета). Вот такой он был "счастливчик". Именно он привез в СССР рецепт того самого наивкуснейшего мороженного, о котором тоскуют сегодня "потерянные поколения". Он придумал, как победить полиомиелит, и опередил США в создании "Макдоналдса". И он же придумал "Советское шампанское". Из США в 1936-м привезена технология изготовления мясных и овощных бульонных кубиков. В СССР их готовили из высших сортов мяса, овощного экстракта, жира. Позаимствована методика быстрой заморозки овощей и фруктов; технологии по производству сухого молока, плавленых сырков, соков…

Тяжелый политический и экономический кризис 1928-1933 годов начал ослабевать. Раны, нанесенные стране и народу, постепенно затягивались. Одновременно стали давать плоды и те громадные усилия, которые были предприняты в эти же годы для создания промышленности. Хотя и более медленно, чем тяжелая индустрия, развивались легкая и пищевая. В 1934 году в СССР был образован самостоятельный Наркомат пищевой промышленности, во главе которого был поставлен Микоян. В России в урожайные годы не было недостатка в натуральных продовольственных товарах. Однако пищевая промышленность была очень слабой. Почти не существовало и системы общественного питания.

"Для создания производственно-технической базы современной пищевой промышленности мы решили приступить к строительству новых крупных заводов, и осенью 1931 г. в нашем наркомате был тщательно разработан и представлен в ЦК и Совнарком проект решения, который предусматривал программу строительства отечественной пищевой промышленности. Эта программа была одобрена. В решении ЦК и СНК говорилось, что в ней — "ключ решения задачи коренного улучшения рабочего снабжения, путь повышения производительности труда". Серго, возглавляя тяжелую и станкостроительную промышленность, нам очень помогал. Без проволочек мы вдвоем решали большинство вопросов, которые спустя лет 20 стали требовать длительной процедуры: работы комиссий, согласований, виз и т.д. Бюрократизма тогда было гораздо меньше, чем в послевоенное время. И уже к 1936 г. у нас было построено и введено в эксплуатацию (только новых!) 17 крупных мясных комбинатов, 8 беконных фабрик, 10 сахарных заводов, 41 консервный завод, 37 холодильников, 9 кондитерских фабрик, 33 молочных завода, 11 маргариновых заводов, 178 хлебозаводов, 22 чайные фабрики и ряд других промышленных предприятий. Кроме того, было произведено техническое перевооружение многих старых предприятий. Переход на современную технику настоятельно требовал ознакомления с опытом передовых зарубежных стран…" вспоминал Анастас Микоян.

Тёплым летним вечером 1936 года нарком пищевой промышленности Анастас Микоян собирался в отпуск. Впереди заманчиво маячил месяц в Сочи вместе с любимой супругой Ашхен Лазаревной и пятью сыновьями. Оставалось только попрощаться с Иосифом Виссарионовичем, и можно отбывать на юга. Когда Микоян завёл речь об отпуске в Сочи, «вождь народов», раскуривая трубку, вдруг сказал ему: «А что тебе, дружище Анастас Иванович, делать в Сочи? Не поехать ли тебе на пару месяцев в Америку? И отдых тебе там будет, и изучение опыта американского пищепрома». Микоян, хоть и носил неформальный титул «любимого наркома Сталина», всё же решился возразить вождю: мол, родные не поймут, особенно жена. «А ты бери её с собой,– улыбнулся вождь,– а детки твои пусть у нас в Крыму отдохнут. Для общего, так сказать, спокойствия. Дадим тебе денег, сколько нужно, чтобы сразу купить технику, которая понравится, все полномочия, чтобы договоры заключать. Ну и сопровождающих, конечно. Человек десять, не больше…» Не ручаюсь за точность приводимого диалога, но суть его была именно такой: Микоян с супругой волею вождя был отправлен в Североамериканские Соединенные Штаты, чтобы присмотреть там что-нибудь подходящее для нашей страны в плане питания. "…В течение двух-трех дней удалось подобрать небольшой аппарат моих помощников и консультантов, отвечавших необходимым требованиям: управляющие Зотов (Московский трест хлебопечения) и Исаев (Рыбсбыт), инженеры Этлис и Ойхман (Главрыба и Главконсервы), инженер ленинградской литографии Родионов, директора Московского мясокомбината Юрисов и Московского пивкомбината Максимов. Поехал с нами и мой секретарь Барабанов. Познакомившись с составом группы, Сталин сказал, что мне следовало бы взять с собой еще инженера Главстроя НКПП Бургмана, свободно владеющего английским языком и побывавшего уже два раза в США в составе экономической делегации по делам строительства. Кавказский немец Василий Бургман был хорошо лично знаком Сталину, ибо приходился племянником Каролине Васильевне Тиль, пожилой женщине, давно помогавшей семье Сталина в ведении домашних дел. Я тоже хорошо знал Бургмана по наркомату, и он был включен в состав нашей группы." И уже через неделю небольшая делегация отправилась в Америку. Выехали поездом 9 августа 1936, сначала через Польшу (Варшава), Бельгию и Германию (Берлин) во Францию, в Париж, а потом из Гавра французским пароходом «Нормандия» прямиком в Нью-Йорк. Пятидневный путь был чудесной морской прогулкой, прекрасным отдыхом.

Характерно, что в первые дни во время пребывания еще в Нью-Йорке некоторые члены делегации пытались критиковать американские порядки. Им казалось многое необычным в постановке дела в отдельных отраслях промышленности. "Я резко оборвал эти разговоры, сказав: не надо тратить время на происки американского капитализма, они нам и так известны. Мы приехали изучить и перенять все лучшие технические достижения, чтобы затем внедрить их у нас", — вспоминал Микоян. За 2 месяца (с 17 августа по 14 октября) Анастас Микоян проехал по Штатам 12 тысяч миль и смог ознако­миться с десятками предприятий. Американцы не скрывали от наркома ничего. Среди осмотренных им предприятий пищевой индустрии были холодильники для хранения рыбы и мяса, фабрики мороженого, завод чешуйчатого льда, заводы по производству мясных и рыбных консервов, комбинат по производству шоколада и конфет и упаковок кофе, чая, какао, заводы по производству яблочных и апельсиновых соков и томатных продуктов, заводы замороженных и консервированных фруктов, заводы пивоварения и безалкогольных напитков, ряд птицеферм и птицебоен и чикагские скотобойни. Кроме того, Микоян внимательно изучил организацию производства и понял, что СССР с его артелями начала века безнадежно отстал от лидера индустрии. В результате было принято решение покупать у американцев целые заводы и приспосабливать их под отечественные нужды.


Главным результатом этой поездки стала была опубликованная в 1939 первая советская поваренная книга – "кулинарная библия", на долгие годы ставшая ориентиром, путеводителем к действительно роскошной жизни и столу, ведь большая часть советских граждан не могла себе позволить закатывать такие обеды, какие изображались на картинках - "Книга о вкусной и здоровой пище", которая появилась по инициативе и при непосредственном участии Анастаса Микояна и буквально проникнута преклонением перед американским опытом и желанием перенести его на советскую почву. Книгу писал и составлял коллектив газеты «Пищевая промышленность». Очевидно, перед журналистами стояла непростая задача. С одной стороны, нужно было как-то указать Америке её место, а с другой стороны — признать, что в пищепроме она продвинулись куда дальше СССР (никаких параллелей с настоящим, никаких). Так вот, уже в предисловии появляется: «В богатых капиталистических государствах, особенно в Соединённых Штатах Америки, где имеется мощная пищевая промышленность, фабрики, способные выбрасывать на рынок много продовольственных товаров, закрываются или работают частично, ибо бедные слои населения лишены возможности есть досыта, а голодные армии безработных бесплодно пересекают пространства в поисках куска хлеба. Только в Советском Союзе, в стране победившего социализма, проблема питания, как и все другие проблемы человеческой культуры, успешно разрешается. На нашей родине нет голодных, нет недоедания и нищеты, у гражданина Страны Советов нет тревоги о завтрашнем дне». Зачем в таком случае брать пример с Америки, не очень понятно, но редакция «Пищевой промышленности» вынуждена сообщить, что «советские пищевики упорно работают над освоением опыта заграничной, и в первую очередь американской, техники». Кроме того, признаётся, что многое из того, что там готовят и едят, неплохо бы перенять и нам. В книге постоянно встречаются цитаты типа: "Намечая меню завтрака, полезно вспомнить хороший американский обычай: подавать к раннему завтраку различные фрукты, свежие— в зависимости от сезона — и консервированные — круглый год". К каждому из ее разделов было подобрано в качестве эпиграфа какое-либо из высказываний Микояна или Сталина. Так, например, перед разделом "Рыба" можно было прочесть такую сентенцию: "Раньше торговля живой рыбой у нас вовсе отсутствовала, но в 1933 г. однажды товарищ Сталин задал мне вопрос: "А продают ли у нас где-нибудь живую рыбу?" "Незнаю. - говорю, - наверное, не продают". Товарищ Сталин. продолжает допытываться: "А почему не продают? Раньше бывало". После этого мы на это дело нажали и теперь имеем прекрасные магазины, главным образом в Москве и Ленинграде, где продают до 19 сортов живой рыбы..." Перед разделом "Холодные блюда и закуски" можно было прочесть: "...Некоторые могут подумать, что товарищ Сталин, загруженный большими вопросами международной и внутренней политики, не в состоянии уделять внимание таким делам, как производство сосисок. Это неверно... Случается, что нарком пищевой промышленности кое о чем забывает, а товарищ Сталин ему напоминает. Я как-то сказал товарищу Сталину, что хочу раздуть производство сосисок; товарищ Сталин одобрил это решение, заметив при этом, что в Америке фабриканты сосисок разбогатели от этого дела, в частности от продажи горячих сосисок на стадионах и в других местах скопления публики. Миллионерами, "сосисочными королями" стали. Конечно, товарищи, нам королей не надо, но сосиски делать надо вовсю". Перед разделом "Горячие и холодные напитки" Микоян обошелся без ссылки на Сталина, а привел лишь отрывок из собственной речи: "...Но почему же до сих пор шла слава о русском пьянстве? Потому, что при царе народ нищенствовал, и тогда пили не от веселья, а от горя, от нищеты. Пили именно, чтобы напиться и забыть про свою проклятую жизнь... Теперь веселее стало жить. От хорошей и сытой жизни пьяным не напьешься. Весело стало жить, значит, и выпить можно, но выпить так, чтобы рассудок не терять и не во вред здоровью". Эта книга выдержала около 50 изданий! И последнее сильно отличается от первого, 1939 года. Послевоенные издания книги вышли уже несколько "кастрированными": в 1952 году исчезли все упоминания об Америке и американской еде, в 1954 году о Сталине, в 1974 году и о самом Микояне.


«Первой ласточкой» нового советского пищепрома стал «Первый московский колбасный завод», получивший позднее имя наркома. Одновременно во многих городах открывались небольшие линии по производству колбасы, сосисок и замороженных полуфабрикатов. Конечно, сосиски знали в России еще при царе Горохе, но вот производство их было кустарным. Считается, что отцом современной сосиски является мясник Иоганн Ланер, который впервые использовал при ее изготовлении смесь говядины и свинины. Во всем мире сосиски еще делали мясники, а американцы уже поставили их производство на поток. Писатели Ильф и Петров, путешествовавшие по США, отмечают, что употребление «хот-догов» на востоке страны было почти повсеместным. Вскоре «заводская» сосиска перекочевала и к нам. Стоит заметить, что отечественные технологи внесли в рецепт сосисок ряд изменений, благодаря чему те стали намного вкуснее американских (Ильф и Петров пишут, что американская пища питательна, но почти не имеет вкуса). Изначально сосиски, как и их заокеанские коллеги, предназначались для общепита. Их продавали в буфетах, в вокзальных кафе, просто на улице из специальных ящиков (продавщиц горячих сосисок можно было встретить в некоторых городах еще в 70-е годы). Учитывая, что сосиски в 30-е годы были, в общем, в новинку, их широко рекламировали. Сохранились и плакаты, и довольно многочисленные газетные объяв­ления. А вот объектом домашней кухни сосиски стали после Великой Отечественной войны. Впрочем, в домашнем питании большевики, опираясь на американские технологии, тоже устроили революцию.

СССР в середине 30-х годов производил, например, в 100 раз меньше мороженого, чем США. Именно Микоян помог быстрому развитию производства искусственного холода и разных видов мороженого в СССР. В первом же пункте пребывания в США – Нью-Йорке делегация во главе с Микояном попробовала на вкус и отобрала в качестве перспективных восемь сортов мороженого. Памятные многим нашим читателям со стажем пломбир сливочный и молочный, крем-брюле, эскимо, ванильное, фруктовое мороженое были рекомендованы для производства в СССР. Первые образцы его появились в продаже 4 ноября 1937 года. икоян вспоминал: "Большую пользу принесло нам знакомство с производством мороженого. У нас со стародавних времён повелось изготовление мороженого кустарным, ручным способом. Задача состояла в том, чтобы развить машинное производство и сделать мороженое дешёвым и доступным. Спрос на него у нас повсеместный, его с удовольствием едят теперь дома и на улице, в кино и театрах, летом и зимой. В результате мы привезли из США всю технологию промышленного производства мороженого. Вскоре при Московском холодильнике № 8 было завершено строительство первой фабрики мороженого, оборудование для которой было решено закупить в США. И действительно, на закупленном в США оборудовании наша фабрика, начиная с 1938 г., стала выпускать мороженого более чем вдвое против ранее запланированного". Качество лакомства контролировалось жесточайшим образом, а введённый 12 марта 1941 года ГОСТ 117-41 «Мороженое сливочное, мороженое пломбир, фруктово-ягодное, ароматическое» был одним из самых жёстких стандартов в мире. Основой качества были натуральные ингредиенты, исключительно молочные жиры и отсутствие консервантов. Практически четверть века, учитывая интерес могущественного Микояна к данному продукту, какие-либо "шалости" с рецептурой были исключены. Вообще мороженое было настоящим увлечением Микояна. Даже Сталин как-то заметил: "Ты, Анастас Иванович, такой человек, которому не так коммунизм важен, как решение проблемы изготовления хорошего мороженого". Именно Анастас Иванович удерживал настоящее американское качество мороженого до тех пор, пока сам сохранял влияние на политическом Олимпе. Можно как угодно оценивать и интерпретировать события, но после свержения Хрущёва и прихода к власти Брежнева, который недолюбливал Микояна, прошло всего 2 года, и «микояновское» мороженое стало постепенно уходить в небытие. В 1966 году установление ГОСТов на мороженое отдали регионам. Где-то (особенно в Москве и Ленинграде) качество сохранялось, в других местах с целью удешевления готового продукта его стали «бодяжить». А в 1986 году система окончательно рухнула: мороженое начали производить по «техническим условиям». Это совпало с появлением множества химических ароматизаторов, стабилизаторов и прочих добавок, которые придавали мороженому «идентичный натуральному» вкус. Тот самый, который мы с вами можем в полной мере ощутить, если купим наше современное мороженое…


Микоян распорядился приобретать в Америке не только производственные линии, но и холодильные установки. Вообще нарком хотел, чтобы в каждом советском доме стоял холодильник, но в те времена такой аппарат был роскошью. Думаю, что Анастас Микоян несколько лукавил, когда в своих воспоминаниях писал следующие строки: "Находясь в Америке, я с удивлением увидел на заводе «Дженерал Электрик Компани» специальный цех по производству домашних холодильников. Этот цех ежегодно выпускал в продажу свыше 100 тысяч таких холодильников, пользовавшихся огромным успехом у населения. Возвратившись из США, в беседе со Сталиным я поставил вопрос о том, чтобы приступить и у нас к массовому производству домашних холодильников, причём организовать производство на нескольких наших наиболее крупных машиностроительных заводах (что впоследствии и было сделано). Однако тогда Сталин не согласился со мной, ссылаясь на то, что на значительной территории страны зима длинная и поэтому особой надобности в холодильниках нет, а в летние месяцы наше население привыкло держать продукты в ледниках и погребах и к тому же наши заводы тяжёлого машиностроения очень загружены, в том числе оборонными заказами. Последний аргумент был, конечно, решающим". Уж кто-кто, а «любимый нарком» не был неинформированным и наивным человеком. И он, будучи хорошо знакомым с Сергеем Мироновичем Кировым, наверняка знал, что тот ещё в 1933 году выписал себе из Америки бытовой холодильник той самой фирмы «Дженерал Электрик», которую Микоян посещал в США. Некоторые историки, кстати, утверждают, что второй такой холодильник (а он стоил в начале 30-х порядка двух автомобилей «Форд») был у самого Микояна. А «кировский» агрегат, сохранившийся до сих пор, был несколько лет назад выставлен в экспозиции музея Кирова в Санкт-Петербурге. Первые образцы советских бытовых холодильников, изготавливавшихся по образу и подобию американских, появились в 1939 году, но по-настоящему массовый выпуск их начался через 10 с лишним лет.


Поэтому покупались только специальные холодильные установки, которые позволили продавать гражданам многочисленные мясные полуфабрикаты. Было разработано и внедрено по всей стране примерно два десятка наименований всяческих рубленых бифштексов, биточков и котлет, которые народ сразу прозвал «микояновскими». Отныне женщина могла посвятить себя работе или учебе. Ей не нужно было метаться по рынкам в поисках мяса получше и подешевле. Недорогие замороженные полуфабрикаты она могла купить на фабрике-кухне или в «Кулинарии». Дома их оставалось только разогреть и подать к столу. Но, увы, микояновские котлеты были доступны лишь в Москве. До войны наладить массовое производство полуфабрикатов так и не успели. Зато в последние годы существования СССР они стали обязательной частью рациона советской семьи.


Прогуливаясь летом 1936 года по Нью-Йорку, Микоян обратил внимание на замечательный продукт местного общепита, продававшийся прямо на улицах: "Привлекло наше внимание массовое машинное производство стандартных котлет, которые в горячем виде продавались вместе с булочкой – так называемые «хамбургеры» – прямо на улице в специальных киосках… Котлета поджаривается с одной стороны, затем переворачивается на другую сторону – и в течение нескольких минут она готова. У этого же продавца имеются булочки. Он разрезает булочку, кладёт внутрь котлету, добавляет томат, ломтик солёного огурца или горчицу, и вот вам горячий бутерброд. Для занятого человека очень удобно". Не напоминает ли вам, уважаемые читатели, эта технология ту, что сегодня используется в московских, да и во всех остальных «Макдоналдсах»? Кстати, впечатлённый увиденным, Микоян, с присущим ему размахом, сразу заказал в Штатах 25 машин по производству котлет, которые могли производить два миллиона «советских гамбургеров» в день. А потом купил образцы жаровен для разогрева этих изделий и завод по производству булочек. Была разработана советская рецептура, но из-за Великой Отечественной войны реализовать идею не успели. А после войны все американское оказалось не в фаворе. Но мечта о гамбургерах нашла воплощение в виде замороженных котлет-полуфабрикатов. Которые все запомнили, как котлеты за 6 копеек. Лучшие сорта котлет и сегодня нередко называют "микояновскими". К сожалению, их теперь очень редко продают даже в московских магазинах.


Но ведь в «Макдоналдсе» еду принято ещё и запивать. Озаботился Анастас Иванович и этим вопросом: “Большой интерес нашей группы вызвало и производство безалкогольных напитков. Мы тогда и сами выпускали довольно большое количество фруктовых вод, но гарантировать их равноценное качество на всех предприятиях ещё не могли. В Америке стандартное качество массовой выработки фруктовых вод обеспечивалось самой организацией производства, а именно – выработкой на нескольких заводах нужных экстрактов. Эти экстракты затем развозятся по стране. Состав экстракта у каждой фирмы одинаков и, как правило, очень высокого качества. Мы изучили процесс производства кока-колы, но при ограниченности в средствах мы тогда не в состоянии были наладить у себя подобное дело”. Скажу больше: выпуск гамбургеров в СССР начался в 1937 году, но вот на «Кока-Колу» денег не хватило – не захотели американцы продавать рецепт, предлагали лишь поставки концентрата. А Микоян в 1936 году мечтал о том, как наши граждане будут запивать гамбургеры «Кока-колой». Для тех, кто не помнит, скажу, что первый «Макдоналдс», где эта идея была реализована, открылся в США лишь 15 мая 1940 года…


Во время пребывания в США Микоян обратил внимание и на напитки. Разумеется, лимонады в нашей стране делали, но производство было хаотичным и неупорядоченным. В это же время заводы таких компаний, как «Кока-Кола», работали на основе одного рецепта, а в небольшие филиалы рассылался концентрат напитка, который просто раз­водили водой. В СССР позднее систему усложнили: напитки делали на местах, но с соблюдением жесткой рецептуры, которая разрабатывалась в специальном НИИ в Ленинграде. И любые изменения в ней утверждала только эта организация. Впоследствии развернули производство стандартного высококачественного лимонада и русского кваса.


Еще одним приобретением Микояна стал томатный сок. А до визита наркома «помидорный сок» с недоверием попробовали те же Ильф и Петров. Томатный сок в то время пила уже вся Америка, а вот за ее пределами этот напиток никем пока не был оценен. Писателям сок понравился. Во всяком случае, ничего плохого они про него не писали. И снова советского потребителя пришлось приучать к новому продукту. Плакаты о целебных свойствах томатного сока появились в 60-е годы. Но только в эпоху застоя этот чудесный напиток окончательно закрепился в меню советского человека.


После поездки в США последние полосы советских газет 1937-1938 годов содержали немало рекламы неизвестных до той поры советским гражданам пищевых продуктов. Одним из таких продуктов был… кетчуп, технология которого была привезена из Соединенных Штатов, а производство велось на заводах Главконсерва из высокосортного сырья. По мнению руководства Главконсерва эта приправа занимала первое первенство во всем мире, а особенно в Америке. Там этот «подлинно американский» соус изготавливали из томатов, сахара, соли, лука, чеснока, перца и различных специй. Что интересно, если верить советским специалистам, кетчуп прекрасно подходил для заправки борщей и заливки салатов. И это кроме того, что им прекрасно приправляли вареное мясо, бифштекс, жареную свинину, и рыбные блюда. Да даже обычные макароны, политые кетчупом, повышали свой вкус. И заметьте, это не фантазия, а практически цитаты из различных рекламных блоков донецких газет, изданных в 1937 году. Отдельным аргументом был факт, что у каждой хозяйки в Америке на столе стоял кетчуп, он же был представлен в каждой точке общепита, который, по мнению Микояна, был образцом для того, что должно было появиться в стране Советов. Кетчуп будет упоминаться даже в библии советского кулинара – «Книге о вкусной и здоровой пище». В послевоенных изданиях, конечно, от упоминания о кетчупе не останется и следа, ведь Америка станет идеологическим врагом, а некоторые заимствования оттуда будут убраны из жизни простых советских граждан. Вместо кетчупа будут предлагаться различные томатные соусы, имеющие идеологически выдержанные названия. Да и места для их рекламы требоваться не будет. Все будет ясно и понятно, за несколько довоенных лет продукты из помидоров плотно войдут в повседневную жизнь. Исчезнут с полок и консервы с иностранными этикетками, разве что остатки лендлизовских поставок еще будут храниться в чьих-то кладовых...


Интересная история произошла с началом массового производства «Советского шампанского». Летом 1936 года перед поездкой в Америку Анастас Микоян говорил: "Товарищ Сталин сказал, что стахановцы сейчас зарабатывают много денег; много зарабатывают инженеры и другие трудящиеся. А если захотят купить шампанское, смогут ли они его достать? Шампанское – признак материального благополучия, признак зажиточности!" В 1936 году с «подачи» Микояна было принято постановление ЦК и Совнаркома СССР, в соответствии с которым планировалось выпускать «Советское шампанское» в огромном количестве. Естественно, традиционным способом изготовить 12 миллионов бутылок за 5 лет было невозможно, поэтому решили использовать метод, который в 1907 году изобрел Эжен Шарма. Сейчас всем известно, что большинство «шампанских», а на самом деле просто «игристых» вин производится в огромных резервуарах, а не выдерживается в бутылках. Поездка по США с посещением завода «газированного шампанского» в Окленде окончательно убедила Микояна в том, что относительно дешёвый и приятный на вкус напиток нужно делать по этой технологии. Руководить процессом было поручено известному ещё в царской России виноделу Антону Фролову-Багрееву, который приспособил итальянско-американский метод к нашим условиям. Первый комплект оборудования (для ростовского завода) был закуплен у французской фирмы «Шосеп». Массовый выпуск «Советского шампанского» начался в 1937 году. Сталину, как вспоминал Микоян, не нравились сухое шампанское и «брют». А вот сладкое и полусладкое он пил с удовольствием. Производство «кислятины» чуть не было свёрнуто, но «любимый нарком Сталина» убедил вождя в том, что на экспорт эти напитки нужно производить. В результате напиток стал поистине «народным», и никакой Новый год, никакая свадьба не могли обойтись без «Советского шампанского». Другого, настоящего, у нас в стране тогда не было…


"Довольно подробно я ознакомился также с предприятиями молочной промышленности штата Висконсин. Мы посетили ферму с механизированной дойкой коров (чего в СССР тогда еще не было), опытные заводы и экспериментальные лаборатории. Все это помогло нам потом в разработке проектов и строительстве в стране заводов по изготовлению сгущенного и сухого молока", - говорил Микоян. Кстати, это нарком выбрал белый, голубой и синий цвета для этикетки банок сгущённого молока, а создала в 1936-м используемый и поныне рисунок художник Ираида Ивановна Фомина.


В подчинении Микояна оказалась и вся ликеро-водочная промышленность страны. Выступая на Первом Всесоюзном совещании стахановцев, Микоян говорил: "В 1935 году водки продано меньше, чем в 1934 году, а в 1934 году меньше, чем в 1933-м, несмотря на серьезное улучшение качества водки. Это единственная отрасль производства Наркомпищепрома, которая идет не вперед, а назад, к огорчению работников нашей водочной промышленности. Но ничего, если огорчаются наши спиртовики... Тов. Сталин давно нас предупреждал, что с культурным ростом страны уровень потребления водки будет падать, а будет расти роль и значение кино и радио". Огорчаться работникам водочной промышленности пришлось не так уж долго. Сегодня в нашей стране есть не только радио и кино, но и телевидение, а производство водки во много раз превысило довоенный уровень и продолжает расти.


Согласно легенде, «Жигулёвское» пиво тоже появилось благодаря Микояну: в 1936-м на сельскохозяйственной выставке в Москве победило пиво «Венское» Жигулёвского завода из Куйбышева (Самара). Нарком сказал: «Почему пиво имеет «буржуазное» название? Давайте переименуем его по имени вашего завода в «Жигулёвское».


11 сентября 1936 года в Чикаго на сельскохозяйственной выставке Микоян ознакомился с технологией производства майонеза, получившего впоследствии наименование «Майонез провансаль». А потом посетил майонезный завод и заключил соглашение на производство майонеза по американской технологии в СССР. В 1937 году москвичей начали приучать к использованию майонеза. Новый продукт, только появившийся в продаже, почему-то никого не интересовал. Рекламы на ТВ и радио тогда не было, на плакатах этот соус стали рекламировать только через год. А в залах «Смоленского» стояли девушки с подносами. На них лежали кусочки хлеба, намазанные майонезом, которые предлагали всем желающим «на пробу». Народ пробовал и удивлялся нестандартному вкусу. Старорежимные бабушки и дедушки с ностальгией вспоминали дореволюционные домашние майонезы, а новые советские граждане постепенно начинали интересоваться желтовато-белым продуктом в банках с завинчивавшейся крышкой. Этот продукт советско-американского сотрудничества пережил и Великую Отечественную войну, и борьбу с космополитизмом (тогда просто перестали упоминать о его происхождении), и смерть Сталина, и Хрущёва с Брежневым… Внук Анастаса Микояна Владимир вспоминал: "У меня был один случай с директором Московского жирового комбината, ныне покойным, известнейшим нашим специалистом в масло-жировой области Леонидом Павловичем Азнаурьяном… Я его убеждал видоизменить рецептуру майонеза «Провансаль» и использовать некоторые новые ингредиенты, которые позволяют удешевить продукт. На что он мне сказал: «Этот майонез утверждён по рецептуре, подписанной твоим дедом. Какие ещё могут быть ко мне вопросы? Я его сохраню и буду сохранять так, чтобы люди знали, что вот у меня тот самый классический майонез".


Настоящий, «микояновский» «Майонез провансаль» продержался на прилавках нашей страны около полувека и был неотъемлемой частью советского застолья: от новогодних праздников и дней рождения до поминок и проводов в армию…


Если бы не Анастас Микоян, мы бы жили без консервированного горошка и килек в томате. Нарком привез из Америки оборудование и технологию консервирования продуктов. Так городским рабочим стали доступны помидоры в собственном соку, соленые огурцы, рыба в масле и… сгущенное молоко. Кстати, чтобы хозяйки больше употребляли консервов в повседневном быте немалая часть рецептов «Книги» базируется именно на них.


Казалось бы, что могла какая-то там Америка дать Советскому Союзу – наследнику великой хлебопроизводящей России для производства основного массового продукта питания – хлеба? Оказывается, могла, да ещё как! Микоян писал по этому поводу: "Надо сказать, что в те времена в нашей стране промышленным хлебопечением обеспечивалось менее 40% городского населения. Крестьянство, составлявшее тогда большинство населения нашей страны, обеспечивало себя хлебом самостоятельно, за счёт домашней выпечки. Поэтому перевод советского потребителя на фабричный хлеб равносилен революции в этой области быта. В США в те времена на хороших заводах всё было механизировано: к хлебу не прикасалась рука человека. Все это упиралось в технику, и мы считали, что незачем, так сказать, заново «изобретать велосипед», коль он уже изобретен другими. Поэтому многое было взято нами у американцев. Так, например, мы привезли из Америки механизированный способ изготовления булочек, которые до того изготовлялись вручную и назывались «французскими». Новый тип булок мы назвали «городскими»". В сентябре 1936 года в Чикаго Микоян ознакомился с промышленным производством хлеба и закупил оборудование для хлебозаводов. Обращусь к нашим читателям, особенно тем, кто помнит продукцию наших хлебозаводов до середины 80-х годов. Не правда ли, «городские» булочки ценой в 7 копеек за штуку были замечательными? Но кто-то вспомнит, что даже эти относительно «массовые» американского происхождения булки свободно продавались только в крупных городах. А в глубинке было, как правило, два основных вида хлеба: чёрный и белый (впрочем, скорее он был серым). И вот эти-то виды хлебопродуктов производились по истинно советской технологии, хотя иногда и на сохранившемся американском оборудовании…


К слову. Известные "рыбные дни", когда в столовых «отдыхали» от мяса, были введены в СССР именно по его настоянию: 12 сентября 1932 года вышло постановление Наркомснаба СССР «О введении рыбного дня на предприятиях общественного питания». Идею объяснил просто: мяса не хватало, а в рыбе много белка, все аминокислоты и жир, необходимый для правильного обмена веществ. Какой день посвятить рыбе, руководство общепита выбирало само. А нарком на личном примере доказывал, что это полезно: перешёл с любимой свинины на рыбу. И даже пробовал сырую - на даче у Сталина. «Вначале было противно даже трогать её. Но потом понравилось. Ощущение во рту приятное, как будто кондитерское изделие. Брали рыбу, потом чеснок и соль и сразу же запивали рюмкой коньяка». После войны о «рыбном дне» забыли, а вновь ввели 26 октября 1976-го - по четвергам. Некоторые историки полагают, что Микояна также следует считать и одним из основателей советской рекламы. Он приглашал знаменитых поэтов придумывать броскую рекламу, наподобие Маяковского: «Нигде кроме, как в Моссельпроме». А на крыше Политехнического музея горела пестрая реклама: «Всем попробовать пора бы, как вкусны и нежны крабы», «А я ем повидло и джем», «Нужен вам гостинец в дом? Покупай донской залом». Все это было идеей Микояна, курировавшего также и внутреннюю торговлю. но это так, лирическое отступление.

Итак, если внимательно изучить воспоминания Микояна и литературу о развитии пищевой промышленности в СССР в тридцатые годы, то можно констатировать следующее. «Любимый нарком Сталина» привёз нам не только мороженое, гамбургеры, майонез, шампанское и булочки. Он закупил заводы для производства мясных, рыбных и овощных консервов (с рецептурой продукции), заводы по изготовлению фруктовых соков. Были приобретены фабрики по производству сухарей, бисквитов, конфет и шоколада. Мы получили из Америки варёную колбасу, кукурузные хлопья, кетчуп, сгущённое и сухое молоко, машины для упаковки чая и кофе. В СССР появились американские заводы по производству сахара из свеклы, первые аппараты для машинной дойки коров, технология быстрого замораживания продуктов, «сухой лёд» и бытовые холодильники…Сам Микоян по этому поводу через много лет писал: "Вряд ли за два месяца можно было сделать больше, чем это удалось нашей группе. Но каждый из нас впоследствии, а порою даже и сейчас – сорок лет спустя! – находит в жизни родной страны какие-то приметы, отзвуки, следы той работы, которая была нами проделана в результате командировки в Соединенные Штаты осенью 1936 г. Пребывание в США оказалось для меня университетским курсом в области пищевой промышленности и американской экономики. Не имея законченного высшего образования, я вернулся оттуда как будто обогащённым, со значительными знаниями и с планом перенесения в нашу страну опыта развитой капиталистической страны." И, скорее всего, именно благодаря результатам этой коммандировки Микоян заявлял: "Мы можем сказать, что когда Красной Армии потребуются во время войны продукты питания, то она получит вдоволь сгущенное молоко, кофе и какао, мясные и куриные консервы, конфеты, варенье и еще многое другое, чем богата наша страна". Конечно, снабжение Красной Армии в годы войны было не столь уж обильным, но в основном удовлетворительным. Это звучит и через 80 лет лучшим командировочным отчетом! Прошли годы, Советского Союза давно нет, но колбаса, производимая под этой фамилией, по-прежнему присутствует на нашем столе.


Бонус Пять самых любимых советских блюд по Ане фон Бремзен

Крабовый салат

До того как в конце 1960-х годов СССР начал экспортировать консервированных камчатских крабов в обмен на твердую валюту, банки «Чатки» можно было найти в любом магазине даже тогда, когда продукты были в дефиците. Этот майонезный салат из мяса краба, картофеля, огурцов и всеми любимого консервированного горошка стал, по сути, вариацией знаменитого советского салата «Оливье». И как можно было не полюбить этот салат, представленный на фотографии в «Книге» в духе «сталинского барокко» на хрустальном блюде и причудливо украшенный химерическими полосками анчоуса (которого в московских магазинах просто не было).

Винегрет

Будучи еще одной легендой советской кухни, эта яркая смесь кусочков свеклы, маринованных огурцов, картофеля и квашеной капусты, заправленная острым соусом на основе уксуса, стала обязательным блюдом миллионов пролетарских застолий – в частности из-за того, что она является хорошей закуской под водку. Свой первый винегрет я приготовила по рецепту из «Книги». Он оказался почти совершенством.

Котлеты

Вдохновленный своей поездкой по США, сталинский комиссар пищевой промышленности Анастас Микоян захотел повторить американские бургеры в Советском Союзе. Но в его планы вмешалась Вторая мировая война: каким-то образом в этой суете булочка от бургера куда-то исчезла, и вся империя вместо этого подсела на мясные котлеты. В говяжий - а также куриный, свиной или рыбный – фарш добавлялось немного хлеба, затем котлеты обваливались в панировочных сухарях и обжаривались до хрустящей корочки. Эти социалистические бургеры поистине заслужили любовь всего населения СССР. В «Книге» приводятся также рецепты вегетарианских котлет, которые можно приготовить из капусты или свеклы.

Рыба под маринадом

Жареная рыба, охлажденную и смешанную со сложным и довольно острым томатным «маринадом», приправленным лавровым листом и гвоздикой, стала невероятно популярной в Москве в эпоху оттепели. Моя мама подавала это блюдо на своих богемных вечерах при свечах, и по сей день оно остается одним из ее коронных блюд.

Чанахи

Это красочное рагу из мяса ягненка, баклажанов, картофеля, помидор и разнообразных пряных трав, которые тушатся в глиняных горшочках, по слухам, было любимым блюдом Сталина. Несмотря на это, чанахи стало одним из ярких, пряных блюд традиционной грузинской кухни, которое было способно удовлетворить желание москвичей попробовать что-нибудь экзотическое.

Комментариев нет :

Отправить комментарий